- И чем же? – удивился Дима, натягивая кроссовки – как с небес спустился на грешную землю, и так стало хорошо! Александр крайне редко рассказывал ему о своей работе и почти никогда – о своих заслугах и отличиях. Быть может, потому что считал эту тему скучной, а может, потому что у него всё чётко распределено: с кем какие темы обсуждать. Но Диме и впрямь было это не особенно интересно, только если что-то случится действительно значимое. Шнурок запутался, вызвав резкий всплеск раздражения.
- Заключил три контракта с Эрлангеном и один с Москвой, развлекательный центр на Воробьёвых горах, - пояснила Лида, судорожно приводя себя в порядок. – На него наехала какая-то столичная контора, даже письма с угрозами писали, звонили… Ты не знаешь? Все знают… Я, как из отпуска пришла, так только и слышала, что эту историю.
Дима помотал головой и, наконец, распутал несчастный шнурок. Ничего не знал, вообще ничего… Всё последнее время плавал в каком-то сиреневом тумане, и думал только о себе, а Лиды – профессиональной сплетницы – рядом не было, а с остальными Дима не разбежался общаться. И как можно было догадаться, что у Александра какие-то напряги? Он всегда такой невозмутимый, расслабленный… Он приходил домой, чтобы отдыхать. Для того и нужен дом, любимая жена, эта тихая возня вокруг извечной Диминой рефлексии, которая теперь, на фоне реальных угроз, показалась вдруг незначительной и напридуманной.
- Ну что-то он говорил, но ты ж меня знаешь, всё из башки выветрилось, - Дима растерянно оправил футболку и кинул на Лиду короткий взгляд, метнул его к двери и уткнул в пол себе под ноги. Лида всё поняла, и больше ни о чём не спрашивала. Просто другие отношения… но стыдно было ужасно.
Заказали две больших пиццы, каких-то салатов, дорогого вина. Всеволод Игнатьевич достал свой фирменный коньяк, подходящий для любого случая. Сколько у него было этого коньяка – впору открывать винную лавку. Расположились в кабинете: весь отдел маркетинга, начальник технического отдела, рекламного, два фотографа и два милых мальчика типа Андрюши, которые совершенно случайно оказались под рукой и очень сноровисто сервировали стол. Небось вторая профессия после модели – официант, очень уж ловко и угодливо у них это получалось.
Дима прислонился спиной к стене напротив директорского стола, рядом с Лидой и её тихим, напоминающим то ли мышонка, то ли рыбёшку, мужем - так, чтобы на него особенно не пялились. Всеволода Игнатьевича и Александра в кабинете не было, поэтому Дима откровенно скучал, наблюдая, как Андрюши и девочки из отдела маркетинга картинно суетятся вокруг стола, смеются, обсуждают достоинства начальства, недавние разборки. Ахают, охают, кокетничают. Давно в конторе не было таких событий. Все знали. Все обо всём знали, кроме Димы.
- Лид, я пойду покурю, - Дима нащупал в заднем кармане брюк полупустую пачку. – Я ненадолго.
- Иди, если что, я тебе звякну, когда они придут.
От тревожного запаха табачного дыма стало ещё противнее на душе, поэтому Дима затушил половину недокуренной сигареты и выбросил в окно. На улице шёл дождь, и за ночь сильно похолодало - первое октября. Через два дня у Димы день рождения, и он опять будет думать о себе, как всегда. Он даже сейчас думает о себе! И жалеет, и ругает…
- Эгоистичный ребёнок… - прошептал Дима.
- Поделишься сигареткой, ребёнок?
- Курить – здоровью вредить, - улыбнулся Дима, обернувшись и посмотрев на Александра. Везде найдёт, из-под земли достанет. И всё сделает так, чтобы выглядело случайностью. Просто так зашёл в туалет, а тут ты - какая неожиданность!
- Так и скажи, что жалко, - Александр приобнял Диму за плечи и привлёк к себе.
- А если кто зайдёт? А мы тут предаёмся разврату… – Дима буквально повис на Александре и от души звонко чмокнул в щёку. – Вот сделаю тебе засос на носу и будешь сверкать.
- Сделай, - шепнул Александр, подхватывая Диму под бёдра и подтягивая выше. – Ты с каждым разом становишься всё легче и легче, птица моя, скоро совсем растаешь… Будем сегодня ужинать как положено.
- Сначала банкет в честь победы России над фашистской Германией и коррумпированной столицей. – Дима жарко дышал Александру в ухо, слегка касаясь губами, потом стал целовать, медленно, словно пытаясь запомнить губами каждую извилину ушной раковины. – Я ничего не знал про разборки с Москвой.
- А там нечего знать, нудная работа, - Александр усадил Диму на подоконник и, упершись ладонями в стекло, поцеловал, мягко, бережно, так, словно давно не целовал и боится спугнуть. – Работу нужно делать, а не разговаривать, тем более дома.
- Саш, там точно ничего серьёзного не произошло? – Дима погладил Александра по спине, греясь. Пальцы совсем заледенели – в открытую форточку врывался свежий студёный воздух, вымораживая ещё не отапливаемое помещение. – Я хоть поволнуюсь для порядка…
Александр улыбнулся и прихватил прядку Диминых волос губами, пожевал.
- Всех неверных замочил в тёмном переулке.
- Вот-вот… мафиози и есть, крестный отец, - хмыкнул Дима и, приподняв одну ногу, вытащил из заднего кармана смятую пачку. – Блин… всё ж погибло!
