- Я чувствую, что тем людям, которые находятся рядом со мной, рано или поздно не хватает внимания, и они начинают искать его на стороне, разочаровываются, конечно, возвращаются, но вместе с тем запускают механизм разрушения, который нельзя остановить.
- Саш, то, что я скучаю, когда тебя нет, - это не нехватка внимания. Это просто… я скучаю. Но я привыкну, в конце концов, когда у меня есть работа и вдохновение, мне вообще ни до кого нет дела. И к тому же… чтобы уделять человеку внимание, нужно хотеть это делать. А если нет желания, то причину следует искать в себе, в первую очередь. Я тоже не особенно страдаю альтруизмом.
- Не страдаешь, - Александр наклонился и, подтянув, Димину руку к себе, поцеловал раскрытую ладонь.
- Саш, - зашипел Дима, чувствуя, как сердце мгновенно провалилось в желудок. – Нас сейчас выгонят…
- Пусть только попробуют, - самодовольно ответил Александр и подмигнул Диме. – Будешь ещё пиво?
- Буду. И можно ещё заказать кнедликов, очень они мне понравились.
Они вышли на открытую площадку, продуваемую ветрами. На небе собрались дождевые облака, и холодный северный ветер гнал их прочь, не позволяя пролиться. Солнце иногда прорывалось сквозь завесь рваных серых клочьев, и тогда на короткий миг становилось по-летнему тепло.
- И куда мы пришли? – с любопытством разглядывая надпись на воротах, спросил Дима. За кованой оградой высилось какое-то невзрачное административное здание.
- Это Пражский град, хорошо, что сейчас мало туристов, никто не помешает смотреть собор.
- Собор святого Вита? – без особенного энтузиазма переспросил Дима, проходя в открытые ворота вслед за Александром. – Я, конечно, не любитель всяких соборов, но можно рискнуть, говорят, что оно стоит того.
- Стоит, - улыбнулся Александр и, быстро прижав Диму к себе, звонко чмокнул в щёку. – Не унывай, тебе понравится.
- Поверю на слово, - хихикнул Дима, пытаясь вырваться из объятия Александра и одновременно увернуться от щекотки.
За аркой было темно, дождь обещал пролиться с минуты на минуту, но всё никак не мог решиться, поэтому в тесном пространстве было сумрачно как вечером. Дима, не прекращая смеяться, шагнул из арки на свет и пропал. Сознание мгновенно вознеслось куда-то выше тела, выше земли, вверх, туда, где заканчивалось здание собора. Выше, выше…
- Твою ж мать… - прошептал Дима, медленно опускаясь на землю. Взгляд не метался от одной детали к другой, от витражной розетки до причудливых водостоков, от резных узоров до высочайших окончаний. Взгляд скользил медленно, словно поглощая излучаемую строением мощь, впитывая. Дима чувствовал себя раздавленным и воспарившим одновременно. Он молчал долго, очень долго и просто смотрел. – Твою мать… и почему я не знал, что здесь есть такой собор?
- Здание окружено административными постройками со всех четырёх сторон, поэтому сложно сделать качественные фотографии, отражающие его величие.
- Да уж… - выдохнул Дима. – Это надо выйти вот так, неожиданно, увидеть, и упасть… Саша, я в шоке. А наверх можно подняться?
- Можно, днём. Там, в правой башне, есть очень высокая винтовая лестница – мечта клаустрофобов, ведущая на обзорную площадку.
- Давай завтра придём сюда ещё? – Дима смотрел на Александра снизу, всё ещё сидя на холодных каменных плитах, поэтому приходилось высоко задирать голову. – Хочу забраться наверх. Сразу придём сюда, с утра.
- Хорошо, придём. Только здесь днём очень много туристов.
- Саша… - Дима потёр щёки раскрытыми ладонями и поднялся на ноги. – Я в астрале. Никак не могу собрать свои мозги… Это настолько грандиозно, что ничего не могу противопоставить этому величию. А только смотреть и запоминать.
Они обошли собор, рассматривая причудливые готические узоры, пугающие фигурки водостоков – чертей с открытыми ртами, козлов с искажёнными от ужаса мордами, карликов и прочую нечисть. Они все словно рвались прочь от собора, слыша священные трубы стоящих наверху ангелов. Собор святого Вита был до ужаса динамичен, того и гляди сейчас сорвётся какой-нибудь бес с крыши, спрыгнет на мостовую и, цокая копытцами, исчезнет в какой-нибудь тёмной подворотне.
Пошёл дождь. Мелкий, пронизывающий. Потемневший камень медленно вымок и стал похож на чёрный гранит. Дима закутался в свою куртку и два раза чихнул от души.
- Возвращаемся в отель на ужин? – предложил Александр, стряхивая с лица скользящие назойливые капли.
- Да, но завтра обязательно сюда вернёмся! И к танцующему дому сходим… и ещё бы в Карлштейн съездить, и на Курну гору… Саша! Блин! Как много планов, и так мало времени! – Дима встряхнул замёрзшие руки и чихнул ещё раз. – Только бы не заболеть…
- И ещё мы вчера договорились о разврате.
- Я так и знал, что о романтике ты думать не умеешь, - хмыкнул Дима и направился к арке, в которую они вошли. – Всё о бренном и пошлом мечтаешь.
- Мечтаю, птица моя. Раздеть тебя и затрахать, такого вот мокрого и вредного.
Дима хихикнул и опять чихнул.
- Будь здоров, моя радость. Пошли быстрее, пока не простудился, - Александр вновь взял Диму за руку и потянул за собой, ускоряя шаг.
