Теперь я уже заглядываю в каждую комнату, шарю глазами по полу в надежде найти какой-либо интересный предмет. Во многих офицерских кельях и в солдатской казарме — сугробы желтого песка. В центре водонапорной башни — овечий помет; сюда на ночь, видимо, загоняли овец. Кто-то из моих спутников поднимает позеленевшую гильзу от винтовочного патрона и раздавленную пластмассовую пуговицу.
В одной из комнат валяются пустые рваные коробки с надписями по-французски: «Итальянские экспонаты», «Осколки амфор», «Геологические курьезы». Но коробки пусты, в комнате вроде ничего больше нет, кроме кучи песка. Вдруг нахожу кусочек кремня. Может быть, это и есть «геологический курьез», а сваленные в кучу обломки амфор в сарае — те самые амфоры, которые были обнаружены и упакованы в коробки? Но почему надписи на французском языке? И почему содержимого коробок нет, а сами коробки оставлены? У меня такое впечатление, будто школьники со своим учителем собирали экспонаты для краеведческого музея и наиболее интересные из них взяли в школу, а все остальное за ненадобностью бросили в сарае и этой комнате старого итальянского форта, названного именем забытого капитана Мандато.
Новая дорога, идущая от побережья Средиземного моря через оазис Джофра в город Себху, считающийся центром ливийской Сахары, построена вдоль старого узкого шоссе. Через каждые 50–60 километров у старого шоссе стоит постоялый двор — «хана» — одноэтажное здание в виде буквы «П» с короткими крыльями. Сейчас эти здания почти разрушены, стены исписаны именами и датами: дурная привычка туристов оставлять свои следы докатилась и сюда, до границ великой африканской пустыни.
В Ливии представлены три классических вида пустынь Сахары, которые различаются по рельефу и поверхности и поэтому имеют разные названия. Щебнистые пустыни (о них уже говорилось) — это хамада. На карте страны есть Хамада-эль-Хамра и Хамада-Тингерт. Галечниковые пустыни называются «реги», а глинистые — «серир». Последних особенно много на территории Ливии: Серир-Каланшо на востоке страны, Серир-Киапо на юго-востоке, Серир-Тибести на юге, Серир-эль-Каттуа в центре и др. Возникновение глинистых пустынь не случайно. Примерно 300 млн. лет назад на территории сегодняшней Ливии плескалось Палеосахарское море, в которое впадала нынешняя река Нигер. Его наибольшие глубины приходились на северо-восточные районы страны, а в Джофре находился один из его мелководных заливов.
В алжирской и ливийской Сахаре пески занимают пятую часть площади. Песчаные массивы в пустынях связаны с понижениями рельефа. Они называются «эрг», и на картах Северной Африки мы встречаем Большой Восточный Эрг (Алжир, Тунис), Большой Западный Эрг (Алжир). Однако в самой Ливии пространства, занятые песками, именуются просто «рамлет» — «пески» (например, Рамлет-Каланшо) или «идехан» — «впадина» (например, Идехан-Мурзук и Идехан-Убари).
Слева вдоль дороги бегут две линии электропередачи, а за ними поднимается безымянная гряда барханов чистого темно-желтого песка. Эти барханы высотой около 100 метров, как театральная декорация на заднем плане сцены, служат фоном для пирамидальных ажурных опор электропередачи и отдельных деревьев. За песчаной грядой темнеют горы. Низкие места густо усыпаны щебенкой, как будто недавно прошел каменный дождь. Там, где близко к поверхности подходят соленые подпочвенные воды, зеленеют кустики солянок. Самые смелые растения подбираются к подножию песчаных гор.
Встречные машины попадаются редко, но чувство заброшенности, одиночества совсем не ощущается. Через каждые 17–20 километров стоят ретрансляционные телебашни с двумя антенными дисками и небольшой пристройкой внизу, где находятся дизель-генератор и комната для обслуживающего персонала. На обочину съехало несколько грузовиков с большими прицепами, которые забиты стоящими в них овцами. На высоком бархане замечаю темные вертикальные черточки и не могу не удивиться силе природы, позволившей деревьям вскарабкаться на гребень песчаной горы. Вдруг вижу, что черточки движутся, а внизу зеркальными окнами поблескивает большой туристический автобус.
В оазисе Джофра находятся три населенных пункта: Хун, Сокна и Уаддан, с которыми мы ознакомились за несколько дней, переезжая из города в город. Самый большой из них — Хун. Это административный центр муниципалитета Джофра, и сюда недавно по решению руководства Ливии переведены государственные учреждения. Мы получили представление об этом городке, покрутив по его улицам с небольшими административными зданиями и строящимися домами. Всюду — финиковые пальмы. Прямо за городом разбиты небольшие участки новых посадок этих пальм. Я видел, как на одном из них хлопотал хозяин: с небольшого грузовичка он бережно снимал замотанные в сырую мешковину саженцы и аккуратно опускал их в полуметровую яму. Это было в конце ноября — самое подходящее время для посадок.
