Далее они разделятся. Эльф с Номом уйдут обратно в поселок к лодочной станции, где возьмут небольшое парусное судно и подготовятся к отплытию. А Хель и Веревочка отправятся напрямик к тюрьме. Она попытается выкрасть ключи у охраны, которая, скорей всего, будет спать, и освободить Анну. Таков был их наскоро придуманный план. Лучшего у них не было, как и времени что-то обдумывать. Друзья ударили по рукам и поспешили на площадь, где вот-вот должна была начаться церемония Посвящения.
Она начиналась на заходе солнца, когда его последние лучи касались земной поверхности и затухали, уступая место ночи. Молодые парни и девушки, которым исполнилось семнадцать лет, вместе со своими волками собирались на площади. Там подростки выслушивали приветственные речи от главы старейшин, вождя клана и высокого жреца, а после цепочкой по одному направлялись по лесной тропе на берег Снежной реки, недалеко от впадения в Великое озеро, где и проходило слияние. Когда Хель и Эльф вместе с волками добрались до площади, на ней уже было полно народа. Они быстро вписали свои имена в лист прибытия и прошли к остальным.
— Вы самые последние, — проворчал Бихт, который в этом году в последний раз отвечал на церемонии за пересчет участников. Скоро ему исполнялось шестьдесят лет, и он переходил в разряд стариков.
— Но мы же успели, — возразила Хель, одарив его самой шикарной улыбкой, на которую она была способна.
Тут были все, вон одноклассник Хель Эдурд, который собирался, подобно своим отцу и матери, стать служителем. Справа стоял Галик, с которым Эльф когда-то ходил вместе на хоровое пение. А рядом с ним находилась Ани, которая была влюблена в него уже лет сто, но все никак не могла признаться в этом. И с каждым рядом сидел волк, который сегодня соединится со своим хозяином. Всего сто семьдесят девять подростков в этот день станут волкодлаками.
Хель искала глазами Макса, но так и не могла понять, где он. «Может, в самом начале, у лобного места», — подумала девушка.
С двух сторон площадь окружал густой преимущественно сосновый лес, возле которого стояло лобное место, небольшой пьедестал, на котором расположились Хоруг, Рохт и Гальвин. Все они были разодеты в праздничные наряды, подчеркивающие величие события. Позади лобного места сколотили деревянные трибуны для родителей подростков, которых сегодня посвящали в полноценные члены клана Железных Клыков. Остальные зрители стояли немного поодаль, в стороне.
Первым взял слово Гальвин, который напомнил о триединстве богов и благословил новое поколение волкодлаков на защиту интересов клана. Далее шел Рохт, произнеся короткую речь тихим голосом, которую ни Хель, ни Эльф толком не расслышали. И наконец очередь дошла до Хоруга. Он говорил долго и с чувством, стараясь вдохновить каждого юношу и девушку, зажечь в их сердцах огонь. После этого будущие волкодлаки со своими животными выстроились в цепочку по одному и направились по узкой тропинке в лес, на входе в который каждый получил по факелу, горящему в руках. По бокам от тропинки также стояли факелы, а рядом молодые волкодлаки, которые прошли этот путь в прошлом году. Ночь окончательно опустилась на этот мир и наполнилась запахом дыма и криками.
— Пока мы едины, мы непобедимы! Железные Клыки! — слышалось повсюду, эхом отражаясь от деревьев и унося звуки к реке.
Хель и Эльф шли вместе с остальными. В отличие от других, они молчали, пытаясь не пропустить среди теней мелькающих факелов нужный им овраг. Положение осложнялось тем, что рядом вертелся молодой волкодлак, который старался зарядить толпу. В какой-то момент Хель начало охватывать отчаяние, ведь до воды оставалось уже очень мало времени. Вдруг они уже пропустили заветный овраг и вот-вот выйдут к реке? Тогда все пропало. И тут Эльф схватил Хель за руку и потащил вбок.
— Мы на минутку, отлить, — пояснил он шедшему за ним Торбуну, который пожал плечами, дескать, «иди куда хочешь».
Волки молча последовали за хозяевами. Все четверо вмиг оказались в зарослях папоротника и быстро стали удаляться от тропинки. Друзья погасили факелы и откинули их в сторону. За ними не гнались, видимо, в атмосфере общего угара никто не заметил их исчезновения. Эльф, Хель и волки неслись по лесу что было сил. Парень старался ориентироваться по звездам, чтобы не сбиться с пути. Наконец Эльф остановился, разглядывая огонек, мерцающий вдалеке.
— Кажется, это тюрьма. Хель, тебе туда, а я возьму правей, на лодочную станцию. Когда все будет готово, то подам сигнал, дважды ухнув совой.
Хель молча кивнула, а затем обняла и поцеловала Эльфа в губы.
— Попутного ветра, — сказала она ошалевшему от ее поступка парню, после чего побежала вместе с волчицей в сторону тюрьмы.
