— Саймо, я не уверена, что готова к такой ответственности. — Мия отвернулась. — К тому же второй ранг… не думаю, что я скоро достигну такого звания, если мне вообще позволят стать пилигримом.
— Вы себя недооцениваете. Если не вы, то кто достоин этого?!
— Я не хочу, чтобы ты рисковал. И тем более потратил свое время в ожидании бестолковой меня, да и к тому же…
— Мия тае, — птицелюд выставил когтистые руки, будто держит невидимый пузырь вокруг девушки. — Я никогда не разочаруюсь в вас.
Мия поглядела на птицелюда. — «Капитан Акида был прав… Нет, верю ли я в это? Почему он ведет себя так?»
— Я буду становиться сильнее и ждать, когда вы призовете меня. — Тихий выровнялся почти как солдат. — Вы можете рассчитывать на меня!
— Это, скорее всего, займет не один год…
— Я буду ждать!
Мия влила в глаза дух, — «Он искренен». — подумала девушка. Мир в сознании Тихого накренился. Птицелюд ощутил, будто его тело окутал водоворот, что способен унести его к небу.
— Я тоже буду стараться, Саймо, — сказала Мия, — но сейчас я должна выполнить обещание, данное господину Акиде. Если мы и будем путешествовать, пусть это произойдет, когда я заслужу такое право.
Птицелюд поклонился.
— Спасибо, — прошептал он.
— Я должна идти.
Тихий молчал. Мия постояла немного и направилась вслед за Кито.
(Через два дня)
Саймо жил в заброшенном доме, он был готов съехать в любой день, если вернется прежний хозяин. Однако за два года, что птицелюд провел в Далай, никто так и не заявился. На улице у него было всего три соседа. Два старика, семья с женщиной и тремя детьми с разницей в год. Птицелюд частенько помогал всем им, взамен его частенько угощали едой.
В небольшом дворике Тихий упражнялся с шестом. Он держал это место в чистоте, порой от скуки птицелюд выдергивал травинки из поросшей мхом лужайки, ухаживал за фруктовым деревом, как его учил Тощий, и латал крышу, которая то и дело протекала.
Саймо посмотрел на руку. На кистях птицелюда почти не росли перья, а ладонь была похожа на человеческую, хотя и была трехпалой, с кривыми когтями, что приходилось регулярно стричь и немного фиолетовой кожей ближе к венам. Вдобавок с наружной стороны поблескивали чешуйки, а выше по телу росли черные перья с фиолетовым отливом. На подушечке лопнула мозоль.
— Саймо! — раздался голос Зеленого со стороны заборчика.
— Проходи, — отозвался птицелюд.
Он всегда был рад Грису. Именно он заговорил с ним первым, когда Саймо оказался в Далай пару лет назад. Он же и познакомил его с остальными. Иногда тихий думал, что если не Зеленый, он бы так и жил сам по себе, а может и умер в первую зиму.
— Привет, — мальчишка зашел, стукнулся с другом кулаками. — Тебя давно не видно.
— Я думал.
— Может, пройдемся?
Птицелюд кивнул.
Пока они шли в сторону порта, Тихий рассказал все, что его тревожило. О том, что он хочет служить Мие, и быть рядом, но Акида не позволяет. О том, что должен многому научиться и о том, что рассказала Рюга.
— Ты научишь меня новой письменности? — спросил птицелюд у зеленого.
— Конечно, точно! Делегация оставит в городе еще пару Мастеров письменности, обучаться сможет каждый, пойдем вместе?
— Обязательно. — Саймо снова уставился под ноги.
— Я думаю, тебе стоит обратиться к Акиде.
— Я размышлял об этом, но я оскорбил его. — Птицелюд вздохнул. — Вел себя непростительно.
— Но он ведь ее учитель, — сказал Грису. — Наверняка Акида хочет для нее блага. Уверен, он сомневается в своем решении насчет тебя.
Мальчишки остановились, только сейчас Тихий понял, что его привели к забегаловке Сохи.
— Наверняка он будет рад знать, что ее ученице помогает тот, кого он тренировал.
— Не уверен, что между Мией тае и господином Акидой образовалась такая связь.
— Наоборот, — сказал Зленый. — Сам посуди, он никого не учил своей технике. Все в городе знают, что клан Хакуро больше не тренирует мечников, что все закончится на Акиде. Но ее же он взял в ученицы, это ведь не просто так.
Тихий поглядел на друга.
— Ты прав. Я попробую.
Зеленый кивнул.
Когда Саймо вошел в забегаловку, где обычно сидел Акида, хозяин заведения косо поглядел на птицелюда.
— Будешь опять кричать — выставлю, — сказал он.
Саймо кивнул.
Он подошел к столику, где сидели Акида и Мудзан, поклонился. Бывшие военные переглянулись. Генерал молча ушел.
Акида кивнул на место напротив. Тихий сел.
— Капитан Акида, возьмите меня в ученики, — сказал он и поклонился, не рассчитал и слегка ткнулся клювом в столешницу.
— Хм. И чему же хочешь научиться? — Акида серпнул чай.
— Идеальному моменту.
— Даже если бы я согласился, скорее всего, ты никогда не сможешь освоить идеальный момент.
Тихий посмотрел на капитана, будто тот доказывал, будто у птицелюда нет ни рук, ни ног.
— Помнишь тот месяц, когда вы тренировались на шестах.
— Да.