Ножевой бой сильно отличается от дуэли на шпагах — тут нет длинных выпадов, хитроумных контратак, финтов и секретных приемов. Цель проста — полоснуть по выставленной руке или ноге противника, нанести ранение в любое место, ибо кровопотеря ослабит врага и позволит выйти победителем из схватки. В данном случае каждый все это знал, а потому ни один не мог добиться преимущества. Метким выпадом Саид рассек плечо Мадибе, а тот, в свою очередь, нанес встречный удар в живот, но «сокол» увернулся, и акулий клинок только задел его бок. Правда, ранение оказалось скользящим и опасности для жизни не представляло, но кровотечение было обильным.
Противники не были защищены от изнурительной жары, они тяжело дышали, тела лоснились от пота, разбавленного кровью. Зрителям было ясно, что силы у них равны и все решит судьба, они поспешно вносили поправки, увеличивая первоначальные ставки… Во время очередной атаки Саида Мадиба упал на колени, вытянутая рука с ножом не встретила сопротивления, «сокол» провалился, с трудом удерживаясь на ногах, в этот момент «леопард» ударил слева в бок, и нож вошел по самую рукоятку, рассекая сердце… Саид тяжело рухнул на декоративную плитку, нож вылетел из руки и отлетел далеко в сторону. Смуглый гигант не подавал признаков жизни, и черный атлет оставался на коленях, как будто он тоже был тяжело ранен. Среди обычно невозмутимых зрителей прошел растерянный шумок — они не понимали, кто выиграл…
Но Мадиба собрался с силами, поднялся на ноги, вскинул руку с окровавленным ножом и, торжествуя, выкрикнул несколько фраз на языке донго. Их никто не понял, но всем стало понятно, кто победил!
Его быстро омыли прохладной водой, заклеили рану, набросили желтую тунику и подвели к веранде со зрителями, которые подводили итог заключенным пари: проигравшие расплачивались с выигравшими. Судя по толщине передаваемых друг другу денежных пачек, ставки были высоки. Ахмед бен Касим выиграл больше других и не скрывал своего удовлетворения.
— Вот новый начальник моей охраны! — громко объявил он. И обратился к Мадибе: — Сейчас тебе окажут необходимую помощь, накормят и покажут твои апартаменты. Завтра ты примешь нашу веру и вступишь в должность. По мере прохождения испытательного срока я буду наделять тебя новыми полномочиями, через год ты станешь моей правой рукой! Если, конечно, оправдаешь мои надежды. Как видишь, я ставил на тебя и не ошибся…
Шейх указал на кучу купюр, лежащую на столике перед ним.
— Надеюсь, ты не разочаруешь меня и в дальнейшем! Во всяком случае, мой друг Джелани был тобой доволен! Кстати, ты не должен забывать о мести его убийцам!
Ахмед бен Касим ненадолго задумался.
— Да, и последнее… Возьми Али и уберите это, — он показал в сторону лежащего Саида. — Али покажет подходящее место в пустыне…
— В пустыне?!
Мадиба Окпара удивился и даже не смог этого скрыть. Шейх заметил и едва заметно улыбнулся.
— Да, да, не стоит развеивать мифы о том, что в Королевстве никого не убивают! Убивают везде, просто не везде умеют прятать трупы!
— Я все понял, босс! — Окпара почтительно наклонил голову. Он получил все, что хотел. Даже больше.
— Тогда выполняй свое первое поручение! А я приглашу гостей на ужин…
Он что-то сказал по-арабски, и зрители стали подниматься со своих мест. В воздухе витал аппетитный аромат жареного мяса.
Рыбу убивает открытый рот.
Полицейский катер прибыл к «Ориенту» через двадцать минут после того, как тяжелый якорь, звеня цепью и взметнув фонтаны брызг, лег на дно Рыбацкой бухты. Он был забит под завязку: выехали все, кому было положено и кому приказали это сделать: и начальник полиции Герман Бауэр, и его заместитель по оперативной работе Роберто Коста, и лучший детектив Мартин Томпсон, и образцовый патрульный Тони Уоллес, а также еще четверо ничем не выделяющихся полицейских, которые привыкли быть на подхвате и которые поместились в катере.
У белоснежного борта судна случилась заминка. Проблема состояла в том, чтобы подняться на палубу, ибо никто не спешил опустить гостям трап, сбросить веревочную лестницу или хотя бы простую веревку с завязанными узлами. Но сержант Уоллес в очередной раз проявил предусмотрительность и профессионализм: он захватил с собой штурмовку и, забросив крюк на полированные перила, по импровизированным вантам забрался наверх. Больше того, он знал, как опустить трап, чего бы не сумел сделать никто из патрульных, взятых для выполнения подсобных задач, да, пожалуй, и Бауэр с Костой тоже.
