Молчуну ответ не понравился — они уже имели дело с этой бабой вшестером, в результате их осталось двое… Но, похоже, Тощий про это уже забыл. Однако выказывать недовольство вслух он не стал.
— А если и полицейский не выйдет? — вмешался Кальмар.
Вопросы, которые ему задали, заставили Тощего задуматься. Теперь он начинал представлять, что план не так уж хорош, как представлялся вначале. А вдруг действительно никто не выйдет? Крепкую железную дверь просто так не откроешь, и через окно не зайдешь без шума… Расположение комнат они не знают, как вскрыть сейфовую комнату — не представляют, зато могут быть уверенными, что столкнутся с ожесточенным и умелым сопротивлением. За счет чего им удастся преодолеть это сопротивление, было непонятно… Но, с другой стороны, и он, и его многочисленные сотоварищи чаще всего действовали вообще без всякого плана — по наитию. И ничего — обходилось… Хотя обходилось не лучшим образом — большинство соратников убито или гниют в тюрьме… Но отступать некуда и давать слабину перед своей бандой не годится!
— Выйдет, куда денется! Он как сторожевой пес — дома не усидит!
Кальмара тоже ответ не удовлетворил. Он обдумывал свой план, по которому Уоллесы должны убить Тощего с Молчуном и успокоиться, потому что кроме них они ни от кого опасности не ожидают. А тут-то и подоспеет он с Питером и Пако! Вот это действительно будет неожиданность, так неожиданность! Надо только, чтобы вмешалась рука судьбы, действующая именно по его плану, а не по плану Тощего… Но получится ли именно так? Ладно, надо пережить тот момент, с которого все и начнется, — первый обмен выстрелами… А там видно будет! Поэтому он тоже промолчал.
Тощий расценил отсутствие возражений как полное одобрение.
— Все ясно? Давай, Молчун, наклоняйся!
Молчун подставил спину, и Тощий, воспользовавшись им как лестницей, ловко взобрался на забор и спрыгнул во двор.
Комнаты-сейфа со стальными стенами и кодовой дверью на самом деле в доме Уоллесов не было. Была просто бетонная комната в подвале, в которой стоял тяжелый несгораемый шкаф, она-то и дала почву для распространившихся в определенных кругах слухов. Тони открыл толстую, наполненную песком дверцу и извлек небольшой кожаный мешочек, похожий на средневековый кошелек, в котором перекатывались алмазы. Все знают, что драгоценные камни — это самый компактный товар в мире. И действительно, через несколько минут Тони надел специальный пояс, в котором уместились все его богатства, достал еще один, уже полотняный мешочек, в котором что-то глухо позвякивало, и поднялся наверх.
Оливия сидела за столом и дозаряжала магазин своего «вальтера».
— Мы — идеальная семья: думаем об одном и том же. — Усмехнувшись, Тони сел напротив и высыпал на скатерть содержимое полотняного мешочка. Это были патроны, каждый размером с мизинец, а пуля — с фалангу этого мизинца. Разве что без ногтя. Но и без него она могла смертельно расковырять внутренности…
Сержант сноровисто снарядил две кассеты для ускорения заряжания, надел защитный жилет, плечевую кобуру, куртку и портативную рацию. Оливия последовала его примеру.
— Выдвигаемся?
— Выдвигаемся, — кивнул он.
И тут запищал сигнал нарушения периметра.
Надо сказать, что план, который предложил Тощий, не годился для серьезного крупного «дела», потому что был примитивен и не предвидел препятствий, которые могут встать на пути его исполнения. В частности, главарь не знал, что по гребню забора проложен кабель индукционной сигнализации, а двор просматривается телекамерами. Услышав сигнал тревоги, Уоллесы бросились к монитору и увидели, как темная фигура, спрыгнув с забора, спряталась за машины. В руке у нее было нечто блестящее, и можно было поспорить, что это не мобильный телефон или что-либо столь же безобидное…
— Приготовься, Оли! — напряженно сказал Тони. — Возьми «ремингтон» и стой у двери, а когда я выстрелю, открывай ее и вступай в игру!
С улицы донесся шум: крики, ругань и звуки ударов. Но «Виктор» и «Сьюзен», естественно, не повелись на столь примитивную приманку. Комнаты-сейфа у них в доме не было, но зато имелся потайной выход из подвала на задний двор. Им и воспользовался «Виктор», в то время, как «Сьюзен», с ружьем на изготовку, ждала сигнала за железной дверью. Их бывшие начальники, ознакомившись с оперативной диспозицией, поставили бы десять к одному, что взять двух офицеров не смогут ни три, ни пять матерых уголовников.
Натурально имитировать драку, не причиняя реальной боли напарнику, очень трудно. Для этого надо быть артистом или каскадером, умеющим и наносить эффектные, но неопасные удары, и принимать их без особого ущерба для себя. Но Молчун и Кальмар не относились ни к тем, ни к другим. Вдобавок они находились в состоянии нервного возбуждения и сформированного ситуацией агрессивного настроя. Дело усугублялось взаимной неприязнью.
