Маленькая, тучная фигура с волнистым хохолком выбирается из воды и тоже спешит к месту крушения. Ах, эти пингвины и их ненасытное любопытство! Я вижу, как Дейзи присаживается на корточки и тянет к пингвину руку. Вижу, как он наклоняет голову к руке, которую Дейзи быстро отдергивает. Мать встревожена и, видимо, предупреждает девочку, чтобы та остерегалась его щелкающего клюва. Пингвин и человек продолжают обмен любезностями. Дейзи и Бет идут дальше, забрав со скала воздушного змея, который, как я подозреваю, больше уже не сможет летать. Пингвин ковыляет за ними, стараясь не отставать, всегда открытый к новым знакомствам. Очаровательное зрелище.
– Вероника, смотри, кого мы нашли! – окликает меня Дейзи. – Это же Мак!
Свежий воздух идет Бет на пользу, ничуть не меньше, чем ее дочери. Она тоже выглядит счастливой и говорит так, что я впервые действительно ее слышу.
– Настойчивый малый, не находите? – Затем она вопросительно смотрит на сэра Роберта. – Это мальчик или девочка?
Он внимательно разглядывает пингвина.
– Судя по размеру, это, скорее всего, самка. Но это не златовласый пингвин, Дейзи. На этих островах есть и другие пингвины, у которых тоже желтые хохолки: например, пингвины-скалолазы. И сейчас вы видите перед собой самку хохлатого пингвина-скалолаза, или южного хохлатого скалистого пингвина, если быть точным. Видишь, как уложены перья на ее хохолке? Видишь ее желтые брови и перышки, торчащие по бокам головы? А у златовласых пингвинов хохолки начинаются чуть выше клюва и заканчиваются за глазами. И они другого оттенка желтого.
– У этого пингвина шапочка цвета примулы, – замечаю я.
– А у златовласиков она больше напоминает подсолнух, – соглашается Дейзи.
Пингвин принимается с завидной энергией скакать по камням.
– Вжух, вжух, вжух! – восторженно кричит Дейзи. Ее больше не волнует сломанный воздушный змей. У ее новой подружки лапы торчат в разные стороны, и птица ныряет в самую гущу съемочной группы, осматривает штатив для камеры, дергает за лямки рюкзака, лежащего на земле. Она – настоящая маленькая бестия, и ее совершенно не смущают окружившие ее великаны с длинными конечностями. Прыгая вокруг, она опрокидывает бумажный стаканчик с кофе.
– Эй, это мое! – восклицает сэр Роберт голосом обиженного школьника, после чего поворачивается к Лиаму: – Это шикарно. Быстро бери камеру и снимай, а я потом начитаю закадровый текст. Или Вероника начитает. И для «Загадай желание» это идеальный материал. Постарайся заснять, как пингвин общается с Дейзи.
Дейзи и самой не терпится продолжить знакомство. Снова привлечь внимание пингвина оказывается нетрудно. Дейзи вытягивает руки, как будто они – пингвиньи крылья, машет ими вверх-вниз и начинает ходить кругами, мелко семеня и переваливаясь с ноги на ногу, попутно издавая скрипучие звуки. Пингвиниха зачарованно начинает ходить за ней, будто бы недоумевая: «Кто же это, все-таки: пингвин или человек – или нечто среднее между ними?»
– Это настоящий подарок судьбы, – бормочет сэр Роберт.
Мы заворожены. Дейзи сияет, будто разом сбылись все ее мечты. Я чувствую прилив нежности к птице за то преображение, которое она произвела в дорогом моему сердцу ребенке.
– Я люблю тебя! – кричит Дейзи, обращаясь к своей пернатой подружке.
Та отвечает ей по-пингвиньи.
Мы с Дейзи – ранние пташки, и взяли себе за правило каждое утро до завтрака совершать променад по пляжу. Я беру с собой палку и сумочку, а вот щипцы для мусора мне не понадобятся: побережье совершенно безлюдное, и потому здесь царит идеальная чистота. С самого утра наблюдать за колонией пингвинов – это абсолютное счастье, и действительно задает настроение на целый день. И Дейзи эти прогулки нужны не столько для того, чтобы провести время за увлекательной беседой со мной, сколько чтобы посмотреть на пингвинов. К тому же она каждый раз надеется снова встретить свою пернатую подружку.
Маленькая скалолазка, похоже, любит бродить в одиночку, отдельно от остальной своей колонии, гнездующейся на скалах чуть поодаль отсюда. Большинство пингвинов не любят выделяться из толпы (и в этом они похожи на людей), тогда как единичные особи «с характером» предпочитают держаться особняком и быть себе на уме. Нам с Дейзи больше по душе особи с характером – отсюда и ее помешательство на скалолазке. Думаю, это чувство взаимно, и, мне кажется, пингвиниха уже узнает нас при встрече, точно так же, как и мы начинаем узнавать ее среди остальных. Внешне она ничуть не отличается от других пингвинов-скалолазов, но, выражаясь словами Дейзи, «она какая-то не такая», и ее дерзкое поведение так сильно выделяет ее из толпы, что мы обычно в состоянии опознать ее даже в окружении сородичей.
– Я хочу назвать ее Петулией, – объявляет Дейзи на четвертый день за завтраком, состоящим из копченой сельди.
Все собравшиеся за столом, включая сэра Роберта, Бет, двух человек из съемочной группы и меня, посмеиваются вполголоса. Вероятно, Дейзи запомнила то, что я говорила в Баллахеях о петуниях.
– А что, это слишком длинное имя? – хмурится она, вглядываясь в наши лица.
