Она, похоже, рассердилась на меня не на шутку, и я решаю задобрить ее, попросив Дейзи о помощи. Я размышляла над этим вопросом уже в течение некоторого времени и пришла к выводу, что хотела бы овладеть искусством поиска информации в интернете. Подобное времяпрепровождение, похоже, является одним из любимых занятий молодежи, и мне любопытно, что оно из себя представляет. Дейзи может найти любую информацию о чем угодно, всего лишь пробежав своими ловкими пальцами по экрану своего компактного устройства. У меня нет подобного устройства, но есть свободный доступ к компьютеру в здешнем офисе на случай, если он мне когда-то понадобится.
Едва я обмолвилась о своей просьбе, как к Дейзи вернулось хорошее расположение духа. Она тащит меня в офис, где начинает стучать по клавиатуре и объяснять мне различные символы на экране. Я вынуждена умолять ее попридержать коней. Но она не умеет ничего делать медленно, зато не жалеет времени на подробные объяснения, поэтому через двадцать минут моих постоянных просьб повторить, что она только что сказала, я начинаю робко постигать азы.
– Так вот, Вероника, если ты захочешь погуглить, допустим, бронтозавра, то просто зайди на эту страницу и введи здесь… ой, а как пишется «бронтозавр»?
Я начинаю произносить слово по буквам, но не успеваю дойти и до середины, когда у Дейзи уже готовы два миллиона восемьсот шестьдесят тысяч результатов с информацией о вышеупомянутом динозавре.
Она повторяет эксперимент со словами «фрисби» и «Литл Микс». Я была уверена, что «Литл Микс» – это какие-то лакричные конфетки, и с удивлением обнаружила, что на самом деле за этим названием скрывается девчачья поп-группа, вокалистки которой едва ли старше самой Дейзи.
Дейзи давно пора ложиться спать, и в какой-то момент приходит Бет и уводит ее из-за компьютера. Я решаю остаться и применить свои новообретенные знания по использованию интернета на практике, пока не потеряла сноровку. Любопытство берет надо мной верх. Я ввожу в строку поиска слова: «сэр Роберт Сэддлбоу». Просматриваю некоторые статьи. В интернете полно информации о его съемочных экспедициях и многочисленных наградах и премиях. Также я узнаю кое-что о его личной жизни: он посещал частную школу, учился в Сент-Эндрюсском университете, прежде чем устроиться на «Би-би-си», холост, в настоящее время проживает в Эдинбурге. Но ровным счетом ничего о его прошлых отношениях, что меня удивляет. Либо сэр Роберт невероятно поднаторел в том, чтобы держать такие вещи в секрете, либо он вообще не склонен к романтике. Есть также некоторые предположения, что он играет, как это говорится, за другую команду… но я ни капельки не верю ни единому слову.
Ни для кого не секрет, что любой уважающий себя одинокий пингвин не может не мечтать о браслете дружбы. Именно такой браслет, благодаря настойчивости Дейзи и стараниям Кита, теперь появился у Петры. Он ярко-розовый, весь усыпан маргаритками, и я абсолютно уверена, что ни у одного другого пингвина на всем белом свете нет такого красивого маркировочного браслета.
Дейзи очень сильно привязалась к Петре. Она постоянно норовит ее покормить и изо всех сил желает сделать ее своим домашним питомцем. Однако мы не поощряем подобного поведения.
– Но ты же приручила пингвина, когда была в Антарктиде, ты его кормила, и он сидел у тебя на коленях, и все такое! – хнычет Дейзи.
– Да, это так. Но, Дейзи, Пип был совсем еще малюткой, осиротевшим птенцом, который бы точно не выжил, если бы не наше вмешательство. И то, мне пришлось умолять и подкупать ученых, чтобы мне позволили его спасти. Они придерживались мнения, что мы не должны вмешиваться в естественный ход вещей, но в этом цыпленке было что-то такое… – Я замолкаю, перед глазами вспыхивают сцены из прошлого. Я вспоминаю крохотное чумазое существо, утопающее в густом снегу, его поникшую головку, еле-еле волочащиеся лапки… Это зрелище разбередило во мне давние воспоминания о боли сиротства, о времени, когда меня все отвергли… Вспоминаю, как острая боль в сердце чуть не выбила из меня дух. И о том, как когда я впервые взяла Пипа на руки, все мои материнские инстинкты словно проснулись после долгой спячки, распаляя огонь любви, и гнев на жестокую природу за то, что она позволила этому случиться, и стремление любой ценой уберечь это беззащитное существо от зла.
Дейзи смотрит на меня с любопытством. Я беру себя в руки и усилием воли заставляю себе вернуться в настоящее. Мой голос звучит жестко и холодно.
– Тогда все было иначе. Пип, вне всякого сомнения, погиб бы без нашей помощи. Петра, однако, молодая, здоровая, взрослая пингвиниха. Она более чем в состоянии сама о себе позаботиться.
– Но я нужна ей, – возражает Дейзи. – Ей одиноко! Поэтому она так любит играть со мной!
