– Тела убитых обнаружил прохожий, он гулял с собакой возле забора кладбища, – продолжал испектор, – Это было примерно в девять вечера. Можно предположить, что убийство произошло между шестью и девятью часами. Я уже знаю, что шестой «Б» был вчера на просмотре фильма, который закончился в половине шестого.
– А может… – директор школы повернулся к инспектору, – Это был тот прохожий…
– Исключено, – вздохнул инспектор, – Он был ростом под два метра и с соответствующим размером ботинок. Мы рассудили так, что после убийства все магазины были закрыты, а сегодня утром они ещё не успели открыться, а значит убийца не успел бы купить себе новый галстук. Поэтому мы и пришли в школу с утра пораньше.
– Но Акатьев не мог этого сделать! – воскликнул директор, – Это же ещё ребёнок!
– Вот это нам и предстоит выяснить, – вздохнул инспектор, – Сейчас с ним в кабинете завуча наш сотрудник по делам несовершеннолетних. Я думаю уже самое время поставить в известность родителей мальчика.
…Следственный эксперимент на кладбище состоялся на следующий день. Витёк, дрожа от страха и напряжения, с мокрыми от слёз глазами, показал, где они вошли на территорию кладбища – то есть дырку в заборе со стороны железнодорожных путей. Инспектор Дьяконов и ещё два серьёзных дядечки из уголовного розыска внимательно его слушали и делали какие-то отметки в блокнотах. Заплаканная мама Витька стояла неподалёку вместе с девушкой-инспектором по делам несовершеннолетних. Ещё был фотограф с фотоаппаратом и несколько человек то ли из милиции, то ли из прокуратуры. Были ещё две непонятные тётки-свидетели и старенький, почти трезвый, кладбищенский сторож.
Витёк вывел всех присутствующих на небольшую площадку возле фонарного столба.
– … А здесь они от меня убежали, – всхлипывая грустно сообщил он, – Потом я искал выход и… Там могила была – Ирина Шанцева. Я на неё упал… На могилу… Споткнулся потому что… А потом пошёл домой и ребят больше не видел. Я, правда, не знаю, куда они побежали, а следов в темноте не было видно…
Инспектор Дьяконов повернулся к кладбищенскому сторожу:
– Есть такая могила?
Сторож несколько раз испуганно моргнул и торопливо закивал головой:
– А, пионерка! Есть-есть такая. Пойдёмте, я вам покажу!
Все, растянувшись длинной цепочкой по узким проходам между могилами, пошли следом за ним. Сторож гордо возглавлял шествие. До могилы Ирины Шанцевой добрались за несколько минут. Ограда едва выступала из сугроба, а снег на могиле был перерыт и разбросан в стороны. Фотографии на памятнике не было, виднелось просто светлое овальное пятно.
– А почему здесь всё так?.. – растерянно спросил инспектор показывая на разрытый снег.
Кладбищенский сторож только развёл руками.
– И фотография, кажется, раньше тут была, – пробормотал он, – Может в снег упала?
– Пока ничего не трогайте, – сказал испектор и повернулся к Витьку, – Эта могила?
Витёк вздохнул и едва слышно пробормотал:
– Да… Я упал тут… Споткнулся и упал…
Он сделал шаг вперёд, чтобы показать рукой, где он зацепился за невидимую под снегом ограду, но инспектор резко преградил ему дорогу рукой – Витёк даже ощутил лёгкий удар в грудь.
– Что это? – спросил инспектор и, отстраняя Витька в сторону, приблизился к могиле.
Все невольно замерли и внимательно следили за его движениями. Инспектор перешагнул через ограду, нагнулся и протянул руку к чему-то в снегу возле самого основания памятника. В следующее же мгновенье из снега на свет появился ярко-алый треугольник пионерского галстука.
Все присутствующие с любопытством окружили могилу, чтобы получше рассмотреть, а фотограф деловито сделал пару снимков несколько обескураженного инспектора с галстуком в руке.
– Подождите… – пробормотал инспектор, – А что же тогда нашли у забора?.. Возле тех задушенных ребят?.. Сколько этих галстуков тут может быть? Чей этот-то?
– Мой! – неожиданно уверенно ответил Витёк, сделал шаг к инспектору и протянул руку к гастуку.
– Нет, – сказал инспектор Дьяконов, – Сначала мы должны во всём разобраться.
И, аккуратно свернув, он положил найдённый пионерский галстук в карман пальто…
– Да, Дьяконов, заходи! Присаживайся! – майор отложил в сторону папку с документами, которую он только что просматривал, – Как там у тебя дело с теми пионерами продвигается?
Инспектор Дьяконов смущённо потупил взор и, присев на один из четырёх стульев у стены, негромко сказал:
– Да как вам сказать… Подозреваемый появился почти сразу, но возникли некоторые странные обстоятельства…
– Поподробнее, пожалуйста, – майор внимательно посмотрел на инспектора.
– На месте преступления, возле одного из трупов, был обнаружен пионерский галстук, – неуверенным голосом начал Дьяконов, – Потом, на основании отсутствия гастука, подозрения пали на одноклассника погибших, Виктора Акатьева, который, к тому же, был последним, кто видел их живыми тогда, на кладбище… Но потом возникло одно осложнение… При следственном эксперименте на кладбище был найден пионерский галстук Акатьева. Я думал, что галстуки будет легко различить, и положил найденный галстук вместе с обнаруженным возле трупов…
