Отношения с соседями-испанцами поначалу складывались вполне дружески, велась активная торговля, как во времена Резанова. Но затем возникла напряженность: испанцы препятствовали морской охоте алеутов, расставляли караулы около источников питьевой воды, неоднократно требовали от Кускова покинуть территорию. Промыслом в заливе Сан-Франциско можно было заниматься только с их разрешения, отдавая половину добытых мехов. Случались и открытые конфликты. Так, в 1817 году после того как испанцы захватили в плен нескольких алеутов, охотившихся в море, Баранов отправил к губернатору Калифорнии лейтенанта Якова Подушкина на шхуне «Чириков», после чего пленных вернули. Однако губернатор потребовал от Кускова, чтобы русские оставили Росс на том основании, что все земли Калифорнии принадлежат «короне испанской».
В. М. Головнин, бывший в то время в Русской Америке, так описал эту ситуацию: «…г. Кусков сначала не знал, что ему делать по непривычке в сношениях такого рода, не зная при том ни одного иностранного языка; но [так] как ему хорошо было известно, сколь слабы и презрительны те силы, коими губернатор может располагать, то он дал ему короткий и смелый ответ, что селение он основал по предписанию своего начальства, следовательно, и оставить его не должен, не может и не хочет иначе, как по повелению той же власти. Сие заставило губернатора прекратить свои требования и угрозы и удовольствоваться тем только, что он запретил иметь какие-либо сношения с крепостью и не позволяет г. Кускову ловить бобров в заливе Св. Франциска».
С годами установилось неписаное правило: испанцы должны были выдавать беглых людей компании, а поселение Росс — беглых индейцев. Но последних возвращали неохотно. Правитель Росса докладывал в 1825 году в Новоархангельск: «Не знаю, что мне делать с испанскими индейцами; падре Хуан тревожит меня беспрестанными присылками за оными, но я не могу никак их отыскать; между тем тойон бодегинских индейцев, известный Вам Валенила, просил меня, чтобы не возвращать испанцам его команды индейцев, представляя, что они, принадлежа русским, не признают никак себя подвластными испанцам, и что хотя из них и есть индейцы крещеные и жившие несколько времени у испанцев, но все они захвачены были вероломным образом в Малой Бодеге у самого жилища русских».
Валенила даже выпросил у Головнина российский флаг, чтобы в случае приближения испанцев поднимать его над своим селением в знак принадлежности территории России.
Еще до основания Росса, в 1810 году, Баранов отправил властям Калифорнии «прокламацию» Главного правления компании с предложением торговать на взаимовыгодных условиях. Спустя три года, испросив предварительно разрешение Мадрида, губернатор Верхней Калифорнии Арильяга дал согласие.
Торговля началась и велась очень активно. У калифорнийцев покупали пшеницу, ячмень, бобы, горох, сало и сушеное мясо в обмен на сахар-леденец, чугунные котлы, оловянную посуду, виргинский табак, английские нитки и восковые свечи. Даже колокола для калифорнийских церковных миссий отливали в Новоархангельске! Если не удавалось сторговаться в Сан-Франциско, где поднимали цены, Баранов и Кусков отправляли суда на юг — покупать зерно в Чили. Баранов не уставал напоминать Кускову, что торговлю с американцами, приводившими свои корабли в Калифорнию, нужно вести очень осторожно: они «обыкновенно нас обсчитывают».
Когда освоили земли под пашню и огороды в Россе и в устье Славянки, там начали сеять хлеб, который отправляли в Новоархангельск и на Аляску. Кусков увлекался разведением огородных и садовых культур; при нем выращивали бахчевые: арбузы — до восьмисот штук! — дыни, тыквы; два раза в год копали картофель. Он посадил виноградную лозу и плодовые деревья и в 1820 году уже собрал урожай винограда и персиков. В Россе и на небольших ранчо в округе пасли до двух тысяч голов скота, из молока делали масло и сливки, которые подавали на стол главного правителя в Новоархангельске.
К 1814 году под руководством Кускова в Россе построили бревенчатый дом правителя в семь комнат, с сенями, чуланами, погребом и кладовыми; казармы для промысловиков, мастерские, бани и ветряную мельницу на Славянке, в порту Румянцева — верфь.
За свою неутомимую деятельность Кусков в 1805 году получил из рук Резанова золотую медаль, а на следующий год благодаря ходатайству перед императором Главного правления компании и капитана «Невы» Юрия Лисянского был награжден почетным званием коммерции советника. Министр коммерции, а впоследствии канцлер граф Н. П. Румянцев сообщил об этом Кускову в личном послании и, желая подчеркнуть высокую оценку трудов тотемского купца, напомнил, что в его бытность министром только «пятеро удостоены сего отличия». Благодаря Кускову цель основания поселения в Калифорнии — снабжать продовольствием русские колонии в Америке — была достигнута.
