— Когда я видела Девичий Пруд в последний раз, он весь лежал в руинах. — Заявила она. — Ворота были сломаны, а пол-города сгорело от пожаров.
— Кое-что уже отстроили. Этот Тарли — жесткий человек, но он смелее лорда Мутона. В лесах по-прежнему есть разбойники, но уже не так много, как прежде. Тарли изловил самых злобных и укоротил их своим зд'ровенным мечом. — Он повернул голову и сплюнул. — Вы встречали на дороге разбойников?
— Ни одного.
«Не в этот раз». — Чем дальше они уходили от Сумеречного Дола, тем пустыннее становилась дорога. Единственные путешественники, которых они заметили, растворились в лесу до того, как они к ним приблизились, за исключением крупного бородатого септона, который брел на юг в сопровождении двух десятков последователей. Каждый постоялый двор, попадавшийся на пути, был покинут и разграблен, либо превращен в укрепленный пункт. Вчера они наткнулись на один из разъездов лорда Рэндилла, вооруженный копьями и луками. Всадники окружили их, и капитан принялся расспрашивать Бриенну, но потом он позволил им продолжать путь.
— Будь осторожна, женщина. В следующий раз тебе могут попасться не такие обходительные парни, как мои ребята. Пес пересек Трезубец с шайкой из сотни разбойников. Говорят, они насилуют всех женщин подряд и ради развлечения отрезают им груди.
Бриенна решила, что ей необходимо предупредить об этом фермера и его жену. Старик кивнул, услышав рассказ, но когда она закончила, плюнул и сказал:
— Собаки, волки и львы, пусть все убираются к Иным. Эти разбойники побоятся приблизиться к Девичьему Пруду. По крайней мере, пока там правит лорд Тарли.
Бриенна знала лорда Рэндилла Тарли по совместной службе в армии короля Ренли. Хотя он ей никогда не нравился, она не могла забыть о том, что кое-чем была ему обязана. — «Если боги будут ко мне благосклонны, мы успеем пересечь Девичий Пруд до того, как он узнает, что я там была».
— Город вернется под управление лорда Мутона, едва закончится война. — Сообщила она фермеру. — Ему вернули земли с королевским помилованием.
— Помилованием? — Старик улыбнулся. — За что? За то, что просидел на заднице в проклятом замке? Да, он отправлял своих людей сражаться в Риверран, но сам ни разу не выехал за ворота. Львы грабили его город, а его лордство отсиживался в безопасности за стенами. Его брат нико'да бы так не поступил. Сир Майлс был отважным, пока этот Роберт его не убил.
«Еще призраки». — Подумала Бриенна.
— Я разыскиваю сестренку, красивую девушку три-на-десять лет. Может вы ее встречали?
— Я не видал девушек, ни красавиц, ни дурнушек.
«Никто не встречал». Но она не прекращала спрашивать.
— У Мутона дочка, девушка. — Продолжил старик. — До свадебной ночи, по крайней мере. Эти яйца на ее свадьбу. Ее и сына Тарли. Поварам нужны яйца для пирогов.
— Верно. — «Сын Тарли. Юный Дикон должен жениться». — Она попыталась вспомнить сколько ему лет, восемь или десять. Бриенну обручили в семь с мальчиком на три года ее старше, с младшим сыном лорда Карона. Это был красивый мальчик с родинкой над губой. Они встречались лишь однажды, по случаю их помолвки. Два года спустя он умер от той же болезни, что унесла лорда и леди Карон и их дочерей. Если б он остался жив, они были бы женаты уже через год после расцвета ее, и вся ее жизнь пошла бы по другому. Она не оказалась бы здесь, с мечом и в мужской кольчуге, разыскивая дитя погибшей женщины. Скорее всего сейчас она была бы в Ночной Песне, баюкая одного собственного ребенка и вскармливая другого. Это была не первая подобная мысль. От них ей всегда становилось немного печально, но в тоже время и ощущалось облегчение.
Когда они выбрались из-за почерневших деревьев и увидели открывшийся перед ними Девичий Пруд с широким водным простором позади него, солнце было полускрыто за группой облаков. Бриенна сразу увидела, что городские ворота были восстановлены и укреплены. На розовых городских стенах снова прогуливались арбалетчики. Над привратной башней колыхалось королевское знамя короля Томмена — сражающиеся черный олень и золотой лев на раздвоенном поле золотого и алых цветов. На других стягах можно было различить охотника Тарли, но красный лосось дома Мутонов виднелось только над замком на холме.
В проеме их встретила дюжина стражников, вооруженных алебардами. Судя по их значкам, они принадлежали к воинству лорда Тарли, хотя никто из них не был из его личных отрядов. Она увидела двух кентавров, молнию, голубого жука и зеленую стрелу, но ни у кого не было шагающего охотника Рогового Холма. У сержанта на груди был павлин, за его ярким хвостом сияло солнце. Когда фермеры втащили свою телегу внутрь, он присвистнул:
— Что это там у нас? Яйца? — Он подкинул одно, поймал и осклабился. — Мы их берем.
Старик завопил:
— Наши яйца для лорда Мутона. Для его свадебных пирогов и прочих блюд.
— Пусть твои курицы снесут еще. Я не пробовал яиц почти полгода. На вот, и не говори, что тебе не заплатили. — Он бросил к ногам старика несколько пенни.
Тут вмешалась фермерша:
— Этого мало. — Сказала она. — Слишком мало.
