Что нужно наёмнику от карлика? Тирион заставил себя подняться на ноги, чтобы лучше видеть. Новый покупатель оказался стариком — седовласым, но высоким и поджарым, с обветренной смуглой кожей и коротко стриженой бородой с проседью. Под его выцветшим пурпурным плащом угадывались длинный меч и пояс с кинжалами.
— Две пятьсот.
На этот раз женский голос, принадлежавший низкорослой девушке с широкой талией и тяжёлой грудью, облачённой в богато украшенный доспех. На её фигурном нагруднике из чёрной стали, инкрустированном золотом, была изображена вздымающаяся гарпия со свисающими с когтей цепями. Пара рабов-солдат подняли девушку на щите на высоту плеч.
— Три тысячи.
Смуглый мужчина продирался сквозь толпу покупателей, его приятели-наёмники расталкивали присутствующих, расчищая ему путь.
Карлик потер рот, чтобы скрыть улыбку. Между ним и Серсеей с её Семью Королевствами лежало полмира. Мало ли что случится до того, как он туда попадет.
Старуха и девушка на щите отказались от гонки на трёх тысячах, но оставался ещё толстяк в жёлтом. Он бросил на наёмников оценивающий взгляд жёлтых глаз, резко провёл языком по своим желтым зубам и объявил:
— Пять тысяч серебряных монет за этот лот.
Наёмник нахмурился, пожал плечами и отвернулся.
Седьмое пекло. Тирион совершенно точно знал, что ему совсем не хотелось стать собственностью необъятного Лорда Желтопуза. От одного его вида у Тириона по коже забегали мурашки: свисавшие с носилок болезненно-землистого цвета необъятные телеса, жёлтые поросячьи глазки и распиравшие шёлк токара сиськи, крупнее, чем у Хрюшки — Милашки. А доносившийся от толстяка запах, чувствовался даже на платформе.
— Если ставок больше нет…
— Семь тысяч! — заорал Тирион.
По скамьям волной прокатился смех.
— Карлик хочет купить сам себя, — заметила девушка на щите.
Тирион похотливо осклабился.
— Умному рабу нужен умный хозяин, а вы все смахиваете на дураков.
Это вызвало ещё больший смех покупателей, а аукционист нахмурился, в замешательстве вертя в руках хлыст и прикидывая, получится ли обратить это к своей выгоде.
— Пять тысяч — это оскорбление! — выкрикнул Тирион. — Я могу биться на рыцарских турнирах, могу петь, могу рассказывать разные забавные истории. Могу трахнуть вашу жену и заставить её стонать. Или, если предпочитаете, жён ваших врагов — это ли не лучший способ их унизить? Я убийца с арбалетом, а мужчины втрое больше меня скулят и трясутся, встретившись со мной за столом для игры в кайвассу. Я даже готовлю время от времени. Я даю за себя десять тысяч серебра! Да-да, я стою столько! Мой отец говорил, что я всегда должен платить свои долги!
Наёмник в пурпурном плаще развернулся и, встретившись взглядом с глазами Тириона поверх рядов остальных покупателей и солдат удачи, улыбнулся. Тёплой улыбкой, отметил карлик, дружеской. Но до чего же холодны были его глаза.
Желтое чудовище заёрзало в своих носилках. По его огромному похожему на пирог лицу скользнула тень раздражения. Он пробормотал на гискарском какое-то ругательство, которое Тирион не понял, но интонация говорила сама за себя.
— Это означает очередное повышение цены? — вздернул голову карлик. — Я предлагаю всё золото Кастерли Рок.
Он услышал хлыст — свист в воздухе, тонкий и резкий — прежде, чем почувствовал удар. От него Тирион захрипел, но на этот раз смог удержаться на ногах. Мысли унеслись к началу его путешествия, когда самой большой проблемой был выбор вина, которое он выпил бы в полдень, закусив улитками. Вот что случается, когда гоняешься за драконами. Смех сорвался с его губ, забрызгав первый ряд покупателей кровью и слюной.
— Ты продан, — объявил распорядитель торгов. А потом вновь ударил его — просто потому что мог это сделать. На этот раз Тирион упал.
Один из стражников рывком поднял его на ноги. Другой согнал Пенни с платформы, подгоняя её тупым концом копья. Следующий товар уже занял их место — девушка лет пятнадцати-шестнадцати, на этот раз не с борта «Селейсори Кхоран». Тирион её не знал. Она была того же возраста, что и Дейенерис Таргариен, или около того. Работорговец сразу раздел девушку донага.
