Пир с драконами полностью

Потом карлики сняли с себя деревянные доспехи и пропитанную потом исподнюю одежду, и переоделись в свежие жёлтые туники, которые им приготовили для прислуживания за столом. Тириону достался штоф бордового вина, а Пенни — графин с водой. Они ходили по палатке и наполняли бокалы. Их обутые в тапочки ноги с лёгким шорохом ступали по толстым коврам. Работа оказалась труднее, чем представлялась раньше. Вскоре ноги Тириона свело сильной судорогой, один из рубцов на спине вновь закровоточил, и сквозь жёлтый лён туники проступили красные пятна. Стиснув зубы, Тирион продолжал разливать вино.

Большинство гостей обращали на них не больше внимания, чем на остальных рабов… Пока один из юнкайцев не заорал пьяным голосом, что Йеззан должен заставить карликов трахаться, а другой потребовал рассказать как Тирион потерял свой нос. «Я засунул его в щёлку твоей жены, и она его откусила», — чуть не брякнул Тирион, но пережитый шторм убедил его, что умирать преждевременно, и поэтому карлик сказал: «Его отрезали в наказание за моё неуважение, повелитель».

Затем лорд в синем токаре, отделанном каймой с тигриными глазами, вспомнил, что во время торгов Тирион хвастался мастерством игры в кайвассу и предложил: «Давайте проверим его». Быстро принесли стол и набор для игры. Некоторое время спустя лорд с красным от злости лицом опрокинул стол и раскидал фигурки по коврам под смех юнкайцев.

— Надо было дать ему выиграть, — прошептала Пенни.

Бурый Бен Пламм с улыбкой поднял упавший стол.

— Теперь сыграй со мной, карлик. Когда я был моложе, Младшие Сыновья заключили контракт с Волантисом. Я обучался игре там.

— Я всего лишь раб. Мой хозяин решает, когда и с кем мне играть. — Тирион повернулся к Йеззану. — Хозяин?

Похоже, жёлтого лорда позабавила эта идея.

— Каковы ваши ставки, капитан?

— Если я выиграю, вы отдадите мне этого раба, — сказал Пламм.

— Нет, — ответил Йеззан зо Каггаз. — Но если вы победите моего карлика, получите сумму, которую я за него заплатил, золотом.

— Договорились, — согласился наемник. Разбросанные фигурки собрали с ковра, и противники сели играть.

Первую партию выиграл карлик. Пламм одолел во второй, с удвоенными ставками. Пока они готовились к третьему туру, Тирион наблюдал за своим соперником. Смуглый, с коротко стриженой жёсткой бородой серо-белого цвета, с изборождённым тысячей морщин и старыми шрамами лицом, Пламм выглядел дружелюбно, особенно когда улыбался. «Верный вассал», — решил Тирион. Всеобщий любимый дядюшка, всегда улыбающийся, готовый поделиться старыми пословицами и грубоватой мудростью. Всё это — сплошная фальшь. Эти улыбки никогда не касались глаз Пламма, в которых жадность пряталась за маской осмотрительности. Жаждущий, но осторожный.

Наёмник оказался почти таким же плохим игроком, как и юнкайский лорд, но его манера игры была скорее вялой и упрямой, чем дерзкой. Каждый раз перед очередной партией он по-разному расставлял фигуры, но, в то же время, действовал всегда одинаково — консервативно, оборонительно и пассивно. Он играет не затем, чтобы победить, понял Тирион. Он играет, чтобы не проиграть. Это сработало во второй партии, когда карлик сам себя перехитрил непродуманной атакой. Однако это не принесло пользы ни в третьей, ни в четвертой, ни в пятой игре, оказавшейся последней.

К концу последней схватки, после того как его крепость была разрушена, дракон убит, по фронту наступали слоны, а тяжелая конница кружила в тылу, Пламм поднял глаза, и, улыбаясь, произнес:

— Йолло снова победил. Победа через четыре хода».

— Через три, — постучал по своему дракону Тирион. — Мне повезло. Возможно, вам стоит хорошенько потереть мою голову перед следующей игрой, капитан. Немного удачи может пристать к вашим пальцам.

«Ты всё равно проиграешь, но может, будешь играть получше». Ухмыляясь, он отодвинул стол с кайвассой, подхватил штоф с вином и вернулся к своим обязанностям, сделав Йеззана зо Каггаза значительно богаче, а Бурого Бена Пламма — значительно беднее. Его колоссальных размеров хозяин свалился в пьяный сон ещё во время третьей партии, кубок выскользнул из желтоватых пальцев, и содержимое вылилось на ковер, но, может, он будет доволен, когда проснется.

Когда главнокомандующий Юрхаз зо Юнзак удалился, поддерживаемый двумя крепкими рабами, остальные гости восприняли это как сигнал к уходу. После того как палатка опустела, снова явился Нянька, сообщив слугам, что те могут устроить себе пир из объедков.

— Ешьте быстрее. Всё должно быть убрано до того, как вы ляжете спать.

Тирион стоял на коленях с гудящими ногами и окровавленной ноющей от боли спиной и пытался оттереть пятно, оставленное разлитым вином благородного Йеззана на ковре благородного Йеззана, когда надсмотрщик легонько похлопал его по щеке кончиком хлыста.

— Йолло. Вы хорошо выступили. Ты и твоя жена.

— Она мне не жена.

— Тогда ты и твоя шлюха. Встать, оба.