Ребенок в воскресном костюмчике, с раскрасневшимися от волнения щеками в Брюннском городском театре, рядом со своей матерью Фридерикой;
Состарившись, отец вспоминает, как его отец стоял перед ведущим колесом локомотива одного из пражских скорых поездов, которое было выше него на добрый метр.
Он будет вспоминать о черном ландо, которое поджидало его и родителей перед зданием вокзала в маленьком североморавском городке Цвиттау и потом доставило в Мэриш-Трюбау, в деревню, находившуюся в 18 километрах от основной ветки.
Еще раз повернуть колесо времени, заставить его крутиться вспять, заставить июльское солнце взойти над Фуртхофом; чудесный солнечный день, Амалия записала это в своем дневнике.
(27 июля 18–92 г., встала рано, был прекрасный день. Упаковала чемодан Фридерики.)
Амалия спускает с чердака чемодан, обтянутый полотном, осторожно вытирает его от пыли, кладет туда льняное нижнее белье с кружевами, вязаные чулки из льняной или хлопковой нитки, шуршащие нижние юбки, она достает из бельевой корзины белое батистовое платье младшей дочери, постиранное днем раньше, сбрызгивает его водой, разогревает на плите утюг, кончиком указательного пальца, обмакнув его сначала в воду, проверяет раскалился ли утюг, прислушивается к шипению, берет свернутое батистовое платье, кладет его на гладильную доску, гладит воланы, кружевные рукава, все остальное.
(Погладила Фридерике ее белое батистовое платье.)
Она подходит к шкафу, достает оттуда синее льняное платье, садится к столу, отпарывает загиб у подола, проглаживает его утюгом, приметывает отглаженный загиб по-новому и мелкими стежками пришивает его.
(Удлинила голубое платье Фридерики.)
Потом она достает из шкафа остальные платья, куртки, блузы, юбки, там вытачку сделает, там шовчик поправит, шьет, сбрызгивает водой, гладит, сворачивает, укладывает чемодан для своей младшей дочери, которую пригласил погостить Фердинанд Вайнкопф, директор медного рудника, он дружен с семьей Германа и Амалии и живет в моравском городе Дрновице.
(Получила письмо от Вайнкопфа, Фридерику пригласили в Дрновиц, очень обрадовалась.
До обеда много чего переделала, после обеда закончила укладывать чемодан, послала телеграмму Вайнкопфу.
29 июля 1892 г., мы с отцом отвезли Фридерику на вокзал.
3 августа 1892 г., получила письмо от Фридерики, она благополучно доехала до Дрновица.)
Дрновиц, или Дрновице, находится южнее Айвановица, или Ивановице, восточней Рачице, западнее Вишау, которое сегодня называется Вишков. Северовосточней Дрновица расположен Восковиц, или Восковице. Адальберт, сын красильщика Йозефа, переехал из Восковица в Дрновиц, он уже был ветеринаром, может быть, его туда вызвали посмотреть больную корову, свинью или лошадь, может быть, чья-то кобыла никак не могла разродиться, может быть, захромала любимая скаковая лошадь директора рудника. Адальберт приехал, посмотрел, поставил диагноз, полечил, но видел он не только эту корову, свинью или лошадь, но и Фридерику из Фуртхофа под Лилиенфельдом, ей как раз исполнилось шестнадцать лет; на фотографии, вставленной в овальную рамку на пожелтевшем картоне альбома, видно, что густые темно-русые волосы она заплетала в толстые косы, видны мелкие локоны, спадающие на гладкий лоб. Адальберт был почти вдвое старше Фридерики, он увидел ее косы, ее локоны, он влюбился в девушку, влюбился в ее нижнеавстрийский говор с легким оттенком штирийского, который она унаследовала от матери, в ее дифтонги, умлауты, гласные, полюбил все, что было связано с ней, вскоре после этого он поехал в Фуртхоф и прибыл туда приблизительно около часу дня в почтовой карете. Запел рожок почтальона, почтовая барышня Хелена вышла из господского дома, забрала почту, удивленно взглянула на Адальберта, тот спросил, дома ли Фридерика, дома ли Герман, директор фабрики, и Хелена проводила его в дом.
В том же году Адальберт и Фридерика обручились, а в начале следующего года состоялось обручение Хелены, старшей сестры Фридерики, с тем человеком, которого позже стали называть дядя
Амалия отметила оба события в дневнике.
