Чтоб не утомлять своей речью, коротко подытожу... - Империя впервые за последних двести лет одержала значимую победу, и показала миру свои острые зубы. В результате боевой операции силами всего в тридцать тысяч воинов: - Болгарское царство потеряло все торговые порты на черном море. Полностью лишилась своего боевого флота. Симион вынужден был снять с осады наших городов более трети своих войск. Есть конечно минусы, и о них я тоже скажу открыто! Так уж получилось, что успех операции зависел от полной ее секретности, и в связи с этим, высший командный состав, включая генералитет, не был посвящен в ее детали и тем более в ее реальные цели. В результате, даже дельные подсказки командного состава, на разных этапах операции, невозможно было использовать, поскольку они шли в разрез с главной целью. - Тут я, армейский стиль доклада поменял почти на возвышенный, и прижав руку к сердцу продолжил.
- Но пусть не переживают стратеги и генералы чьи замечания, как они считают, небыли учтены. Все они попали в особый список - список перспективных военноначальников, за которыми будущие победы империи! Этим молодцам, будущий Басилевс не даст покрываться плесенью на штабных должностях в столице. - После этих слов сделал небольшую паузу и добавив пафоса почти проарал.
- Надеюсь следующей образцово-показательной акцией с участием этих бесстрашных парней, будет взятие неприступной столицы критских пиратов - Кандака! Громких и продолжительных аплодисментов не последовало, зато самому тупому солдафону должно быть ясно - будете вякать - забудьте про спокойную жизнь. А самые настойчивые - сдохнут без вариантов. По потемневшим лицам военных, было ясно - намек понят.
Смотреть парад победителей, мне предстояло с крытой галереи над воротами Халки, которую я сам и выбрал. Задумка с организацией грандиозной свалки из оружья у колонны Юстиниана делала невозможной нахождения там трибуны августы. Заняв почетное место, справа от углеокой я прям, почувствовал себя членом политбюро на трибуне мавзолея... в окружении государственных деятелей и других официальных лиц.
- Прекрасно! Отсюда самый лучший вид на Августейон. - одобрила мой выбор императрица, - Более удобного места, чтоб наблюдать столь масштабное зрелище не найти! Не правда ли Александр?!
- У меня уже есть объект для созерцания, - произнес я глядя на возбужденную Зою, совершенно искренне.
Императрица вроде как пропустила мимо ушей мой ответ, но розовый румянец, тут же залил ее щеки. А спустя пару минут, подозвала свою камер-фрейлину, и обмахиваясь веером, произнесла:
- Чувствую, жарким выдастся денек. Распорядись дорогуша, чтоб после ужина подготовили мои термы.
Парад прошел ярко и величаво, вызывая бурю восторгов у горожан, а сцена с подхваченной принцем малышки, вызвала слезы умиления даже у императрицы.
День действительно выдался знойным и напряженным. Поэтому то, что я вечером оказался в императорских термах, было вполне ожидаемо. Охрана, обслуга, фрейлины - никто меня не остановил, и даже не заметил. Все увлеченно разглядывали, кто потолок, кто стены, кто носки собственных сапог. Зою я нашел в тепидарии, из одежды на ней ничего не было, если не считать рук, стыдливо прикрывающих полную грудь.
- Саня не вздумай приставать! Я в не настроении - Это было враньем, во всяком случае, полуправдой. - Хоть я и очень утомлена, но сопротивляться еще могу!
Действительно, сопротивлялась она совсем недолго, но сказки о том, что она очень утомлена... Ох, братцы!
До своего особняка добрался под утро, четко проинструктировав Варю, чтоб до ужина меня не будили, если только не начнется второе пришествие. Второе пришествие, все таки случилось... Дядя не допущенный вчера ко мне Варей, явился второй раз. Причиной его посещения, было крайнее возмущение моими необдуманными действиями, результатом которых были приличные убытки, и урон его деловой репутации.
Дело в том, что в империи, монополия на продажу оружья, принадлежала государству. И в его ведении был тотальный надзор, за оборотом вооружения в Византии. Любой товар военного назначения, не выгруженный на военные склады, и не внесенные в реестр, подлежал конфискации, без права выкупа. Дядя, уже пристроив львиную долю бэушного оружья, и приняв задаток, столкнулся с византийской бюрократией, и получил от ворот поворот. Не дождавшись моей аудиенции, обратился напрямую к Моисею. Тот после приема у августы, только развел руками, сказав что ее величество не собирается ради выгоды купца менять законы империи. Я успокоил родственника, сказав что, что ни будь, придумаю, тем более, что завтра, официально приглашен на обед в хртстотриклине. Дядя еще побурчав для порядка удалился. Его место занял Дед. Поделились впечатлениями от парада, затем рассказал ему о проблеме с оружьем, которое я отдал, чтоб сделать парад более зрелищным. А чтоб получить его обратно, вместо благодарности придется выступать в роли просителя.
