Клайд двинулся к границам эльфийских земель и продолжил тренировки, но новое, незнакомое чувство не покидало его. Теперь он, пожалуй, понимал, почему Сэйт таскался за ним, как хвост, рискуя перебудоражить всех злющих тварей в округе. Ему самому постоянно хотелось проверить, как там его брат-друг. Не обидел ли кто его? Не напали ли слишком сильные монстры? Не нужно ли прикупить зарядов для посоха?
А еще его распирала гордость. Хотелось каждому встречному рассказывать про Сэйта и про сестренку-курсанта. Скоро Испытание, и клерик обещал послать его на Остров. Тогда-то он и найдет ее! Вот будет радости! Он даже написал обо всем Кузьме — и родителям, конечно.
Однако, Сэйт не очень разделял его уверенность. Он разводил руками и, посмеиваясь, пояснял:
— Понимаешь, она, конечно, будет страшно рада. Потом сто картинок
нарисует, какой ты стал, и родителям пошлет, и всем подружкам. Но не ожидай, что она тебе на шею кинется или что-то такое. Скорее всего, фыркнет и скажет, что ты ничуть не изменился, такой же лохматый, или заявит что прямо-таки страшно занята.
— Ну, ладно! — пожал плечами Клайд. — Как-нибудь уж переживу это!
А давно она так… так себя ведет?
— Ну, примерно года три-четыре. Как начала готовиться к
поступлению в Зал Тренировки имени Седрика на Острове. Это ведь одна из лучших военных школ. Наверное, ей кажется, что настоящий боец должен быть как железо внутри и снаружи. Она даже несколько ругательств выучила, да таких забористых! Мама услышала разок и вымыла ей рот с мылом. Тогда она стала просто хмыкать или фыркать — ка-ак хмыкнет, никакие ругательства не нужны! И еще, не вздумай называть ее Эмми. Скорее всего, она взяла себе какое-нибудь грозное прозвище, типа Эмилия-Во-Мраке или Разящая-Всех-Наповал! — Сэйт откровенно веселился. Он вообще был гораздо мудрее, чем человеческий подросток. Клайд безропотно признавал его превосходство в этом.
— Не волнуйся, это у нее пройдет потом! — утешил эльф Клайда. — Лет
через несколько она снова вспомнит, как ведут себя девчонки. Особенно, когда влюбится.
— Ну, наберусь терпения, — в тон ему ответил маг.
— Ты, по-моему, его набрался уже по уши! Иначе не смог бы в
тысячный раз показывать мне как делать «вампирку». Еще чуть-чуть и я стану первым в мире светлым эльфом, который овладеет черной магией!
— Не может быть, чтобы ты просто не мог это сделать! Ведь ты сын
не только своей матери, но и своего отца. А ведь кто-то из его дальних предков научился этой магии у людей, если легенды не обманывают. Скорее всего, ты просто вбил себе эту глупость в голову.
— И тем не менее, я уже наколдовал полсотни гнилых яблок, мешок
морковок и двух летучих мышей, а «вампирка» ни разу не получилась, ты же сам видишь.
— Значит, надо попробовать, когда ты будешь на новом уровне,
только и всего.
— Знаешь, я не так уж жажду переломить ход вещей. Если честно, то
если я стану хорошим целителем, как мама, или боевым магом, как папа, мне этого хватит. Только не Вызвающим Духов! — он передернул плечами.
И еще одна ниточка протянулась между ними через некоторое время. Экономя свое золото, мальчишки затеяли постирушки на берегу Ирисного озера. Чистка вещей магией стоила несколько монет, и они решили обойтись своими силами.
Сэйт, лучше разбиравшийся в растениях своего леса, показал другу мыльный корень, а более привычный к стирке Клайд, сроду на Острове не сдаваший робу в чистку или починку за деньги, потому что их никогда не было, учил его оттирать пятна песком.
Таким образом, роба Сэйта оказалась в его руках. И, оттирая подол, Клайд увидел на нем с изнанки полустертое собственное имя. Рывком он вывернул робу и осмотрел шов подмышкой. Нет сомнений, это он сам, исколов все пальцы, зашивал ее накануне исторического отплытия в Глудин. Не долго думая, он показал свои находки Сэйту. Тот страшно обрадовался. По его словам, это была еще одна очень древняя и счастливая примета — носить одежду друга или брата. Но Клайда не древние приметы интересовали.
— Кто тебе дал эту робу? Или ты купил ее с рук? — тормошил он
эльфа, как всегда в подобные моменты думая, что тот чересчур неторопливо все делает. Сэйт откашлялся, и снова завел эпическим голосом:
— Ты помнишь, что отец мой был из народа темных эльфов. Так вот,
его родичи в свое время не признавали его брак с моей матерью, потому что она не совершила обряд перехода к поклонению Грэнд Кайну. Ну, это еще один обычай, который пошел с того времени, когда…
— А нельзя покороче, приятель? Хотя бы не начинай с древних веков?
— не вытерпел Клайд.
