Соратникам пришлось обсудить разные виды опасности, о которых следовало предупреждать полуслепого гнома. При этом привыкший полагаться на себя Кузьма горячо убеждал мага пореже использовать излечение во время боя. Он был уверен, что и половины здоровья достаточно для охоты. Клайд же не был в этом убежден, и предпочитал видеть друга в полном здравии, пусть даже ценой лишних затрат магической силы. Так что они постоянно спорили и опробовали новые стратегии. Фермеры изрядно усложняли их задачу, уж очень их было много в этом месте. В таком скоплении народа то и дело возникали магические лакуны, водух дрожал и плыл, как от жары. Только после редких появлений охотников на болванов фермеры исчезали ненадолго, отсиживаясь где-нибудь неподалеку. Через некоторое время они стали так сильно раздражать Клайда своей показной тупостью, которую, похоже, изображали для вида, что он перестал предупреждать Кузьму о том, что та или иная тварь уже занята другими. Тем более, что у фермеров была странная привычка подойти к монстру и замереть, будто ожидая чего-то. Порой Клайд предпочитал немного подставиться, метнув в суккубу издалека какое-нибудь заклинание, чем отдать добычу пахарям. Если же те все равно устремлялись за раненой хищницей, то маг торопливо добивал ее магией. Конечно, при этом гном не мог воспользоваться своими заклинаниями, и ворчал на мага. Он, конечно, тоже не был в восторге от своих сородичей, но, все-таки немного сочувствовал им.
— Не от хорошей жизни они сюда нанялись, — качал он головой. — И
ничего хорошего не видят. Потом приедут домой — богатые, но словно пустые внутри. Ни славы, ни званий, ни новых мест они не увидят. Ничему не научатся. Так и умрут никем. Отстань от них, пусть уж… пашут.
— Я и не пристаю, — отговаривался маг. — А только я первый ту
суккубу выбрал! И нечего лезть!
Иногда фермеры приводили с собой болванчика-мага. Один на всю их толпу, сделанный в виде темного эльфа, болванчик скупыми жестами направлял то на одного, то на другого пахаря свой посох. Но порой он забирался в заросли и не мог выйти оттуда, как фермеры ни старались его вывести. Или утыкался лицом в ствол дерева и не мог решить, с какой стороны его обойти.
Кузьме не становилось существенно лучше. Глаза по-прежнему подводили его. В конце концов упрямый гном решил-таки поменять вид деятельности. Отправившись как-то раз в гномскую деревушку с грузом железных поковок, он вернулся навьюченный сверх всякой меры зарядами для магического и обычного оружия. Похожие на белые коконы, содержащие в себе силу духов заряды, высовывались из мешка гнома, из его карманов и даже из-за пазухи. Под их тяжестью выносливый Кузьма еле ковылял.
— Вот! — решительно заявил он. — Займусь покуда торговлишкой. Все равно нам с тобой нужно обновить и оружие, и броньки. А по вечерам буду с тобой ненадолго на охоту ходить. А ты все полезное теперь не расфуфыривай по скупкам, тащи мне. Я его к делу буду пристраивать!
Клайд помог другу доковылять до южных ворот Глудина. У северных ворот на площади было слишком много лотошников, и еще один гном затерялся бы там, как песчинка на пляже. Западные ворота выходили в порт, а восточные на дорогу к Глудио. Друзья рассудили, что только через южные ворота покидают город те, кто собирается охотиться в его окрестностях, а значит, могут заинтересоваться немаркированными зарядами для простого оружия, которое еще не успели поменять на профессиональное.
Заодно гном выставлял на продажу то одну, то другую добытую на охоте вещичку. Предварительно они с Клайдом перебирали всех знакомых: не нужна ли кому-нибудь новая роба или башмаки покрепче. Но покуда уровень их находок редко превышал то, что уже имелось у Эмми, Сэйта и племянницы Кузьмы.
Однажды гном помянул, что его племяшка тренируется с двумя кастетами. Этот не совсем типичный для гнома выбор удивил Клайда.
— Да, покуда она еще не выучилась и «оглушалку» не может использовать, зачем ей палица? У меня был молот, хороший молот, в магазине не купишь, надо было кое-кого там из тварей потрясти в шахтах. Серебряный. Я ей оставил. А палицу свою старую оставил другому родичу, он двоюродный брат приемного сына второго мужа моей троюродной сестры. А все-таки родня. Ну, а когда приехал на тот год к своим — смотрю, Маруська уже с двумя молотками в торбе носится, а у самой кастеты — трах-бах! Удобная штука для новичка. Начал спрашивать — откуда взяла. Оказалось, Сонечка нашла, аккурат в том месте где мы с тобой пиявок лупили. Примерила на себя — «оглушалка» не работает, вот и отнесла девчонке. Хотел я ее поблагодарить, так она опять куда-то усвистела. Беспокойная — потому как пригляду за ней нету. Родни почти что никакой, опять же жениха ей не сговорено. Вот и носится, как мальчишка, — гном немного смутился, явно чувствуя, что сболтнул лишнее, и Клайд не стал уточнять подробности гномских отношений. Он и так услышал больше, чем мог надеяться любой не-гном.
