Жизнь повернула на новую стезю. Теперь Клайд не уходил далеко от Глудина, что бы в случае чего помочь другу донести товар или отвести по-прежнему подслеповатого гнома на место охоты. Зная, что его силам есть предел, гном тем не меее старался из каждого путешествия в свою деревешку извлечь максимум пользы, ведь пользование Вратами каждый раз съедало часть денег. Он нагружался зарядами до предела, а еще часть помогала нести Маруся. Она провожала дядю до самого Хранителя Врат, где уже вступала в силу магия телепорта. Там он подхватывал последний кулек товара, и, не в силах сделать ни шагу, оплачивал перемещение. Оказавшись в Глудине, он спешно отдавал лишний кулек Клайду и брел с остальным товаром на свое место. Там его можно было найти днем и ночью. Иногда гном даже засыпал сидя, полагаясь на нехитрую магию своего лотка: принять деньги, выдать товар, сделать запись о сделке это сооружение могло без участия хозяина. Правда, работало только в его присутствии.
Через несколько недель Клайд, уверенный, что вынужденное безделье тяготит деятельного гнома, обнаружил, что тот вполне доволен. Торговля шла, деньги не текли рекой, но исправно копились. Так что через некоторое время друзья стали подумывать о дорогих покупках. Сперва очень удачно подвернулся посох для Клайда. Потом гном по частям прикупил себе броньку из шкуры мантикоры. Смотрелась она на нем очень солидно, единственное, что огорчало старика — отсутствие ботинок в комплект к броне.
— Эти комплекты, они как бы вместе сколдованы. Навсегда. Хоть ты их на охоте добудь, хоть сам сваргань, хоть кузнецу закажи, все едино: есть ботинки, есть волшебная защита, а если не комплект — тогда это просто обычная броня, — рассказывал он Клайду.
Разумеется, понимая важность последнего элемента брони, все счастливые обладатели ботинок из мантикоровой шкуры заламывали за них несусветные по Клайдовым понятиям деньги. Гном тоже кряхтел и отворачивался от лотков: покупки уже и так пробили брешь в их бюджете.
Потом ботинки появились как по волшебству, и, судя по все еще набитому зарядами лотку, по божеской цене. Клайд, сгорая от любопытства, стал тормошить гнома, что да как. Тот, посмеиваясь, рассказал:
— Тут егоза наша пробегала, ну, Сонечка. Она, представляешь, второй раз пыталась волчонка получить, да не задалось у нее с Мартином. Ну, зашла ко мне, поболтать. То да се, рассказал ей про ботинки. Она ничего такого не обещала, просто отправилась по своим делам. А потом письмо присылает: мол, напиши такому-то, он, по доброте душевной, готов тебе уступить ботинки задешево. Она где-то там бегала и всем встречным-поперечным про меня рассказывала. Ну и нашлась добрая душа, для которой помощь важнее выгоды. Бывают же хорошие люди! Написал я ему, оказался тоже гном, Кулибин звать. Продал ботинки, продал как родному! Вот, смотри, как оно действует! — и гном продемонстрировал Клайду свой браслет, на котором полоска магической энергии то вырастала, то уменьшалась, когда Кузьма надевал и снимал новые сапоги. При этом в лице бородатого воина было что-то совершенно детское.
Кузьма решил отблагодарить Сонечку и постараться купить ей хороший доспех. Клайд настолько загорелся этой идеей, что стал порой прибегать к лотку гнома посреди дня и тихонько покупать у него заряды. Часто друг только вечером замечал такие вливания капитала в свою торговлю, и начинал убеждать Клайда брать заряды бесплатно. Но тот отговаривался, что ему нужно было срочно, а Кузьма задремал, и проще было воспользоваться безотказным магическим лотком, чем будить торговца. Несколько раз Клайд присаживался отдохнуть возле старика, и его начинали возмущать выходки некоторых покупателей. Одни требовали, чтобы гном встал и сразился с ними, а когда тот отвечал руладой храпа, кричали во всю глотку о его трусости. Другие разговаривали грубо: дай сюда, быстро, гном. Третьи требовали снизить цену или немедленно купить у них что-то, только потому что они покупали заряды. Каждый раз Кузьма останавливал возмущенного мага:
— Да не прыгай ты так! Покупатель всегда прав. Мне от их слов,
приказов и криков ни горячо, ни холодно. А денежки они нам с тобой платят. Пусть развлекаются, глянь, вон на них девушки смотрят, как же им не покрасоваться?
Но Клайду все равно было обидно за старика. Конечно, для посторонних это просто еще один гном с лотком, может быть даже пахарь или болванчик, кто его знает. Чего с ним церемониться? Но магу хотелось каждому грубияну дать понять, какой замечательный товарищ Кузьма, и как гнусно орать на старика, который тебя даже не видит. Один раз гном уселся торговать прямехонько возле начищенных сапог какого-то темного эльфа. Тот сперва оторопел, потом потребовал:
— Немедленно отодвинься от меня, гробокопатель!
Рядом хором загалдели его приятели:
— Стукни его по тыкве! Экая наглость!
— Вот это шуточка! Он испачкал твои сапоги!
— Надо запомнить его имя! Я веду список тех, кто скоро умрет.
— Имя как раз подозрительное, такие только у болванов бывают! -
заводили молодчики сами себя.
— Подкараулить его за воротами!
