У Сергея Орлова есть неоконченная поэма. Её он писал уже после войны. В ней, даже незавершённой, всё точно, жарко и жёстко.
На фронте Сергей Орлов писал много. Чуть только затишье, экипаж тщательно маскирует боевую машину, а командир вытаскивает из промасленного комбинезона заветную тетрадь и начинает записывать строчки, которые уже накопились. Его стихи охотно печатали армейская и фронтовая газеты. И потому, что это были — стихи, а стихи тогда народ любил и читал с удовольствием, с восторгом. И потому, что в его стихах, как в репортажах, хорошо просматривалось поле боя, действия танковых экипажей, прочитывалось их боевое настроение и готовность к самопожертвованию, искренняя любовь к Родине.
После боёв в районе Мги полку присвоили наименование Мгинский. Полк находился в распоряжении резерва главного командования. В качестве главной пробивной силы гвардейцы-танкисты участвовали во всех крупных операциях в районе Ленинграда, в том числе и в операции «Искра», когда войска Ленинградского и Волховского фронтов сняли блокаду города.
Однажды, это произошло ещё в районе Мги в 1943 году, танк лейтенанта Орлова был подбит на нейтральной полосе. Болванкой из немецкой противотанковой пушки сорвало гусеницу. Танк замер. Покидать боевую машину с таким повреждением было нельзя — трибунал. Вести одиночный бой тоже бессмысленно — тут же добьют, сожгут сразу, как только поймут, что танк жив. До своего боевого охранения около тысячи метров. До окопов пехоты — ещё дальше. Благо, случилось это уже в сумерках, а за ночь КВ замело, завалило снегом, так что утром немецкие артиллеристы как ни шарили по перелеску биноклями, но подбитого накануне танка так и не обнаружили. Сергей Орлов потом вспоминал, что машина вскоре остыла, и от их дыхания внутри всё обметало инеем. К железу невозможно было прикоснуться — тут же обжигало морозом. Именно там, в первую же ночь, он начал писать стихотворение «В подбитом танке».
Его муза, как и смерть, никогда не покидала его, всегда ходила рядом.
Экипаж ждал, что подойдёт пехота. Ведь не могли же в окопах не заметить, как по их КВ молотили немецкие пушки, как высекали из брони снопы искр попадания, как в конце концов танк, сбросив гусеницу, остановился, замер. Первая ночь прошла в ожидании. А вторую и третью экипаж ремонтировал гусеницу. И отремонтировал! КВ своим ходом вернулся в расположение гвардейского полка.
Правда, полковой писарь уже успел отправить родным похоронки.
Однажды в танковый полк приехала делегация ленинградских писателей. Писатели привезли свои книги, провели беседу. Группой руководил известный писатель, полковник, давний знакомый главного редактора газеты «Ленинский путь» 8-й армии подполковника Н. С. Гричука. Полковник потом вспоминал: «Вчера были у танкистов. Душевно общались. А потом вышел розовощёкий лейтенант и начал декламировать свои стихи. Я был потрясён. Это большой поэт, будущее советской поэзии. Берегите его. Возьмите к себе в редакцию!
— Пробовали уже, — отмахнулся редактор. — Вышли на зама командующего фронтом — генерала танковых войск. Он даже слушать не стал — у вас газету может делать любой человек, а лейтенант с сорок первого года на фронте, инициативный, смелый, в бою незаменим. Тем более предстоит наступление. Я его никому не отдам!»
В 1944 году старший лейтенант Орлов командовал танковым взводом. Танковый взвод — три боевые машины.
