В подвалах дома хирургический госпиталь принимал раненых, а на втором этаже развертывала операционную и перевязочную группа медиков из 268-й дивизии — ее полки занимали оборону за Колпином. Основное отделение медсанбата осталось в Понтонной, куда перевозили из Колпина всех, кому врачи передового отделения медсанбата делали неотложные операции.
В дни советских праздников фашисты обстреливали город с удесятеренной силой. Так было и 7 ноября сорок первого, когда сорвало часть крыши и пробило перекрытия между вторым и третьим этажами, но, к счастью, на втором этаже, где был медсанбат, никто не пострадал.
В тот день начсанарм был в Колпине и дал указание командиру медсанбата 268-й дивизии Банщикову перевезти всех раненых на основную базу медсанбата и не позже следующего дня уйти из Дома инженерно-технических работников. Санотдел принял решение впредь на этажах этого дома медицинских учреждений больше не размещать, сосредоточив оказание хирургической помощи только в подвальном помещении.
Внимание Банщикова привлек бездействующий кинотеатр «Луч». Его старинной кладки кирпичные стены казались достаточно надежными, а просторное фойе могло служить неплохим стационаром. Приемное же отделение и операционную Банщиков решил разместить в палатках.
Вычистили помещение, поставили железные печурки, стеллажи, носилки. К концу вторых суток санотдел получил письменный рапорт комбата о готовности к работе.
Из полков и батальонов дивизии начали доставлять раненых, обмороженных, ослабленных и больных. Много поработали в те дни в Колпине врачи И. С. Хоменко, Н. И. Ильина, М. В. Орлова и помогавшие им медицинские сестры. Вечером обработанных раненых переправляли в Понтонную.
Прошло три-четыре дня, и во время обстрела Колпина вражеский снаряд пробил угол здания кинотеатра. Над ранеными, лежавшими на носилках, пронеслись осколки. Больше всех пострадал сам комбат. Взрывной волной его швырнуло на землю.
Сознание вернул испуганный крик врача Ильиной: «Пожар!»
Банщиков вскочил на ноги и бросился к тлеющей палатке.
Вечером бледный, с головной болью, он приехал к нам в санитарный отдел. Было решено полностью вывезти медсанбат 268-й дивизии из Колпина в Понтонную, а полковые медпункты усилить армейским транспортом. Мы долго и безуспешно уговаривали Банщикова лечь на несколько дней в госпиталь. Как-никак его контузило, но он наотрез отказался, сказав, что отлежится в своем медсанбате…
Через некоторое время и хирургический госпиталь ушел из Дома ИТР. Единственным хозяином итого дома на долгие месяцы стал военврач второго ранга Константин Петрович Алексеев, возглавлявший последовательно санитарные службы 125-й, а потом 72-й дивизии. В медсанбатах этих дивизий, в Доме ИТР, постоянно бывали представители санитарного отдела, все время работали группы усиления, а иногда и весь хирургический отряд вместе с армейским хирургом.
…В подвале не определишь: ночь сейчас или день. Слабо горят прикрученные фонари, освещение от движка подается только в операционные и перевязочные.
Воздух спертый, душно. В коридоре на скамьях и стульях, носилках и топчанах лежат и сидят раненые. У некоторых подсыхают гипсовые повязки — таких в холодное время стараются не эвакуировать. График работы при больших поступлениях раненых обычно шестнадцатичасовой. При восьмичасовом отдыхе. Но практически все отдыхают не более 5–6 часов. Когда много раненых, старший хирург вызывает запасные бригады врачей и сестер. Такой уплотненный график у операционных столов, да еще при весьма слабом питании, при нехватке кислорода, тяжел для всех. Но неутомимо работали в подвалах Дома ИТР М. А. Могучий, Г. М. Фрадкин. Б. Н. Аксенов. Ф. М. Беленицкая, И. Л. Волпян, Б. И. Копелиович, С. Н. Ситник, Е. Я. Сабуров, Л. Л. Либов.
Поражала своей исключительной работоспособностью и преданностью делу старшая операционная сестра Мария Эдуардовна Ковалевская. Не было случая, чтобы группы усиления, выезжая в медсанбаты, не имели при себе запаса стерильных шариков, салфеток, простыней, полотенец, медицинского инструментария. Ни артиллерийский обстрел, ни бомбежка — ничто не могло помешать уже немолодой женщине, участнице двух войн, старшему военфельдшеру Ковалевской строго и придирчиво проверить качество стерилизации, готовить аппараты для переливания крови, развертывать операционные и, что самое главное, учить молодых сестер всему тому, что она сама узнала за долгую жизнь.
Долгие часы отдавали медицинские сестры Е. Васильева, Ю. Дегтярева, М. Иванова, А. Соколова, В. Маршания и другие приготовлению стерильного материала, нарезая многие сотни больших и малых марлевых салфеток, тампонов, треугольников. Только они, хирургические сестры, умели в сложной боевой обстановке мгновенно наводить свой особый, неповторимый хирургический порядок.