Путешествие наше интересно, но немного беспокойно. Не дают сидеть на месте. Визит к Метерлинку 4 и открытие памятника Чехову в Баденвейлере — два события, нарушившие покой. О Метерлинке позвольте рассказать при свидании. Теперь это заняло бы слишком много времени. Деловую часть поездки сообщу ниже.
О чеховских торжествах скажу в общих чертах. Все было трогательно, не пошло, торжественно. Словом, русские не оскандалились.
Памятник простой, но приличный 5. Место — изумительное. Отношение немцев — трогательное. Эйхлер 6 — мил и с достоинством. Публики было человек 500. 1) Молебен; 2) речь Эйхлера о Чехове; 3) длинная и скучноватая лекция А. Н. Веселовского; 4) бодрая, темпераментная фельетонная речь Боборыкина; 5) о ужас! пришлось говорить мне: сказал длинную речь и почему-то не остановился (без Ахалиной-то!!! 7); 6) возложение немецких и русских венков (около 8); 7) приезд представителя правительства; 8) речь Эйхлера на немецком языке; 9) ответ немца Эйхлеру; 10) общие поздравления; в 2 часа обед для русских гостей и немецких представителей (давал Эйхлер), тосты за государей, тосты за разных лиц, 11) чтение телеграммы от баденского герцога; 12) во время обеда концерт из русских композиторов («Не шей ты мне, матушка…», «Камаринская», «По улице мостовой»). Боборыкин был душой общества. Очень в духе, подпил и острил. В 4 часа показывались на кур-концерте (садовом) из [произведений] русских композиторов. Знакомства, приятные улыбки и пр. (так до 6 часов). Полчаса полежали. В 6 1/2 обед у Эйхлера — дома, частным образом. В 8 1/2 — концерт в честь Чехова. Участвовали — москвичи Аспергер (виолончель), Живаго (скрипка). Какой-то великолепный пианист из Америки. Чудесная певица, хоть и немка, пела Чайковского и Давыдова. Трио, дуэты, квартеты. Вторая часть — местная труппа играла по-немецки «Медведя» (в русских красных рубахах) — старательно, наивно. Мы с Ольгой Леонардовной поднесли им венок. Возложили венок и на памятник от Художественного театра.
Как видите, маленькое повторение пражских дней 8 при ужасающей жаре. Ездили Ольга Леонардовна и я. Она была эффектна, проста и произвела впечатление. Я — расточал улыбки и кланялся, когда не хватало немецких слов, особенно за обедом, когда сидел рядом с немецким представителем.
Письмо Ваше получил как раз перед отъездом, т. е. около 12 часов дня 11/24 июля. Читал его в вагоне, а отвечать могу только сегодня.
Ответное письмо пишите так: Homburg v. d. H. Promenade 109. Villa Royale, M-eur Gramlich для пересылки мне. Через 4–5 дней уезжаем к морю, в Бельгию или во Францию. Сами не знаем, куда. Попрошу Грамлиха переслать туда.
Теперь, господи благослови, за дело. Отвечаю, что могу, по пунктам.
1) Будьте осторожны с Паниной. Не запугайте. Как женщина, кажется, она из таких, что может испугаться. Очень рад, что она — пайщица 9.
2) Хорошо бы поощрить на заседании Стаховича. Он сейчас расстроен болезнью жены. Пишет, что занят проектом. Пробует делать последний шаг, но думает, что ничего не сможет сделать для восстановления у нас хозяйственного порядка, и знает заранее, что, как только он уедет за границу, все опять пойдет по-старому, и тогда он уйдет. Очень советую вызвать на заседание Воробьева.
3) 3 августа — вспоминают с актерами пьесу 10. Мой режиссерский экземпляр с пометками и mise en scene находится в моей квартире. Я отдал распоряжение Дуняше передать его
4) Заблоцкого нет — опять год анархии в бутафорском отделе, это ужасно. Не знаю, куда обратиться и что сделать… но… делать что-то надо. Уж не немца ли выписать?… В Ивана Хрисанфовича 11 как бутафора не верю, так как нужен профессиональный опыт и особый талант. Полунин 12 — все, что хотите, но не бутафор.
5) Кириллин 13, конечно, ничего не делает и будет смахивать все на меня. Но я клянусь всеми святыми, что ему по части «Синей птицы» объяснено все до последнего гвоздя и что никаких отговорок у него не может быть. Вахтанг Леванович 14 может быть свидетелем. Не забудьте, что Мчеделов составил журнал заказов.
Кириллин будет отговариваться по части хромотропов для цветов («Кладбище») 15. Он писал сюда, что хромотропщик отказался их делать. Я ему ответил, что нужно сделать, т. е. дал определенный заказ. Пусть только они его сделают, а то Кириллин всегда хочет сделать что-то особенное, но это особенное ему нужно именно для того, чтобы ничего не сделать. Он просил меня найти хромотропы за границей. Я искал и в Берлине и в Париже. Ничего нет. (Нашел новую машину. Ящик, который производит 30 или 40 звуков для театра, как-то: шум поезда, стадо, пение птиц, езда по мостовой и т. д. Стоит 1000 франков. Адрес записал, но так как ящика в действии не мог видеть, то оставил пока без последствий.)
