— Дыши, — приказал, пользуясь своим даром.
Драконоборцы испокон веков правили в Терра Вива в том числе и потому, что обладали определенной силой внушения, которая, вкупе со светящимися желтыми глазами позволяла подавлять волю тех, кто был слабее.
Тэтрилин пошатнулась. Подхватив ее и позволив откинуться на лежанку, я опустился на колени рядом с ней, наклонившись, снова заглянул в глаза.
— Дыши, — повторил и заметил, что ее взгляд прояснился, а руки стали дрожать меньше. Выровнял и замедлил собственное дыхание. — Дыши со мной, — и она повиновалась.
Я снова коснулся губами ее лба и отметил, что температура стала спадать, а девушка, приподнялась на локте и села, облокотившись спиной о край стоящего рядом походного сундука, позволяя сесть рядом.
— Прости. Не хотела, чтобы ты стал свидетелем этого, — смущенно произнесла она слабым голосом.
— Когда ты узнала, что пробуждение магии может тебя убить? — Спросил я, переводя тему разговора.
Сидя рядом с ней, я нащупал ее руку и снова переплел наши пальцы, хотелось иметь как можно больше точек соприкосновения.
— Учитель рассказал перед отъездом из Авенира. Оказывается, в предпоследний и последний раз я пила Эликсир забвения по собственной воле, чтобы не погибнуть при пробуждении.
— И ты ему веришь? Насколько я понял из рассказов некоторых Следующих, Учителя не слишком-то хорошо себя зарекомендовали, — хмыкнул я, имея ввиду Тиал-Арана и Тадимара.
Она вздохнула, подтверждая, что я озвучил ее собственные сомнения.
— Не знаю. Учитель показывал мне формулы и магические расчёты. Еще и эти разговоры о том, что Следующего из Онодрима проснувшийся дар свел с ума. Поневоле приходится верить.
— Тулемий из Онодрима видящий. Дар видящего не из простых, он может свести с ума любого, не зависимо от величины резерва. Представь себе, каково это постоянно знать то, что будет с миром вокруг и не иметь возможности ничего изменить.
— Не представляю, — произнесла она задумчиво. — Хотя, знаешь, я видела один сон, похожий на предсказание. В нем я долго бежала по винтовой лестнице в какую-то башню, спасаясь от кого-то. А, добежав, сорвалась вниз из окна в отмель глубокой реки, похоже, Инглота.
Я успокаивающе погладил большим пальцем тыльную сторону ее ладони, заметив, что при упоминании о сне, дыхание Тэт снова стало учащаться. Она положила голову на мое плечо.
— Это просто сон. А почему ты решила, что он был похож на предсказание? — Усмехнулся я, не видя причин для беспокойства.
Описание напоминало, скорее, обычный кошмар, с которым, наверное, каждый из нас не раз сталкивался.
— Он был такой живой и яркий, запоминающийся. А еще в конце я услышала фразу: «Твое спасение обернется его гибелью. Дэя там быть не должно».
Вот это уже интереснее и наводило на определенные мысли. Мне было известно, что Мира умела насылать нужные сновидения людям или разговаривать с ними во снах. Однако эта способность касалась лишь магически неодаренных людей или более слабых магов. С драконоборцами тоже не работала. Поэтому, я не мог точно сказать, какие ощущения спящий при этом испытывал и чем навеянные магией видящей сны отличались от остальных.
— Ты думаешь, я мог быть тем человеком, от которого ты спасалась во сне? — С сомнением осведомился я, продолжая водить пальцем по ее ладони, вычерчивая круги.
Не желал передать Тэтрилин собственную обеспокоенность только что возникшими догадками о происхождении ее сна.
— Вряд ли. Там был еще один человек, внизу, в лодке. Я не видела ни того, ни другого, но ты скорее был там, а не в башне. К тому же, ты сам сказал, что это всего лишь сон, не забивай себе голову, — беспечно отмахнулась она, но если этот сон в действительности был навеян Мирой, я не стал бы относиться к нему столь легкомысленно.
— Ты помнишь, что еще было за окном, кроме реки?
Раскат грома раздался где-то совсем рядом, почти оглушив, и Тэт, вздрогнув от неожиданности, прижалась ближе к моему боку. Мне не хотелось пугать ее еще сильней, но следовало как-то донести до нее, что опасность погибнуть от проснувшейся магии являлась для нее далеко не единственной.
— Не помню, — подумав какое-то время, произнесла она. — Я хорошо рассмотрела красивые комнаты в башне, портрет девушки на стене и окно с витражами. А потом смотрела больше вниз, потому что очень боялась высоты. Река подходила к самому основанию башни… Помню красный закат, солнце почти село. Кажется, прямо возле реки начинался лес, а где-то за ней вдалеке замок и сопки. А почему ты спросил?
Спросил, потому что хотел точнее узнать место и время события, которое могло принести ей спасение, а мне — гибель. Или наоборот.
Еще меня интересовало, почему Эмирата, если сон действительно наслала она, не сказала мне об этом видении. Да, мы не могли связаться с ней в сновидениях, но что мешало написать это в письме и отправить с Люциусом? Или письмо просто еще не пришло?
— Просто поинтересовался, — ответил я и поспешил перевести тему. — Послушай, а твой Учитель не говорил, каким образом ты могла бы избежать смерти во время пробуждения силы? У него был какой-нибудь план на этот счет?
