После этого, ехавший в телеге в конце процессии, Тулемий, словно по команде, захохотал, заставив нас переглянуться.
— Вы хотите, чтобы мы прибыли в Сарн-Атрад уставшими, грязными, да еще и ночью?
Тадимар потер замерзшие руки и снова спрятал их под плащ. Он хмурился, но я не спрашивала, с чем это было связано.
— Не хочу. Но на месте стоянки у вас будет возможность перекусить и привести себя в порядок. А оттуда до королевского замка — рукой подать. Согласитесь, что там вы сможете отдохнуть с большим комфортом. В Сарн-Атраде нас ждёт горячая еда и долгожданный отдых, осталось потерпеть еще совсем немного.
Таламур почесал шею, расслабил завязки плаща и снял капюшон. Его слова казались логичными и, не смотря на усталость, мы все готовы были признать его правоту.
Место стоянки было похоже на то, что находилось на перекрестке по дороге между Галатилионом, Руатаном и Онодримом. Такой же, вытоптанный людьми и лошадьми, просторный участок. Места для походных шатров. Кострище со сваленным вокруг кругляком. Стол из таких же бревен и, грубо установленной на нем, деревянной плахи. Навесы для грузов и лошадей. Отражающийся в лужах пасмурный закат и грязь от недавно прошедшего дождя.
Все это навевало неприятные ассоциации, напоминая о вчерашнем нападении, заставив меня судорожно сглотнуть. Перед глазами снова встали картинки с погибшими в ожесточенном бою людьми, выкриками, лязгом оружия, отрубленными конечностями, а во рту сам собой возник неприятный металлический привкус. Кажется, за мной по пятам следовала паранойя.
Не хотелось бы вновь столкнуться с чем-то подобным. Таламур был прав, в королевском замке мы снова будем в комфорте и безопасности. И, наконец, узнаем, для чего король решил собрать нас там.
Лагерь разбивать не стали, ограничившись несколькими ширмами и костром. Я наспех умылась ледяной водой, которую слуги набрали в ключе неподалёку. Руки и лицо окоченели, зато спать больше не хотелось.
Съела кусочек, успевшего набить оскомину, жесткого вяленого мяса и запила кислым ягодным морсом. Хотелось нормальной еды, потому что только что съеденная, камнем провалилась в желудок и застыла там холодным неудобоваримым комом.
Тем временем, Хильда успела приготовить для меня одно из любимых платьев, то самое, с высоким воротом и золотыми цепочками, о котором я недавно вспоминала. Пока я, торопясь и дрожа, облачалась в него за высокой ширмой, кожа покрылась мурашками. Холодная ткань неприятно царапала кожу, но я не сетовала на это, поскольку почему-то очень хотела надеть именно этот наряд.
Следующей негоже было носить одну и ту же, пусть и любимую, вещь столько раз, сколько это делала я. Но платье напомнило о спокойной и размеренной жизни в Пятом замке и немного подняло настроение.
Казалось, что я покинула родной Авенир давным-давно, хотя, прошло всего около недели. Видимо, немалое количество произошедших со мной в путешествии событий сыграло в этом не последнюю роль.
Я посмотрела на себя в небольшое зеркало, удерживаемое Хильдой, подмечая изменения, которые произошли со мной за время пути. Неделя в седле, ночевки на свежем воздухе и перекусы на ходу привели к тому, что любимое старое платье сидело свободнее, чем раньше. Лицо немного загорело, вытянулось и приобрело румянец. Волосы хотелось поскорее вымыть, но я не рискнула делать этого в ледяной воде, позволив Хильде собрать их в аккуратную косу.
— Дай зеркало! — Неприятно резким тоном заявила Титория, бесцеремонно врываясь за мою ширму.
Ее внезапное появление заставило испуганно вздрогнуть. Тори успела принарядиться, надев алое с золотом платье с низким декольте, поверх которого был небрежно накинут дорожный плащ. Я и без зеркала могла совершенно объективно заметить, что она прекрасно выглядит, но разрешила:
— Бери.
Однако она, не дожидаясь моего согласия, втиснулась рядом, принявшись пристально разглядывать свое отражение, выискивая в нем какие-то, одной ей видимые, изъяны. Хотя я откровенно не понимала, что там разглядывать? Она, как и всегда, выглядела совершенством. Кажется, у нее даже волосы не пачкались, а послушно лежали аккуратными волнами. Ни одна прядь не решалась выбиться из прически.
— Чего уставилась? — Фыркнула Тори высокомерно, заметив, что я смотрю на нее.
— Ничего, — пожала плечами я, немного смутившись. Не объяснять же ей, что меня заинтересовало, как это у нее волосы не пушились и не пачкались.
Возможно, дело было в каком-нибудь чудо-шампуне или магическом воздействии, но она вряд ли захотела бы поделиться со мной секретом. Особенно в столь дурном расположении духа, в котором находилась.
— Так уж и ничего? — Неприязненно прищурившись, изумилась она и продолжила: — Как же ты меня раздражаешь, Пятая, кто бы знал!
Наши отношения с первой встречи не заладились, поэтому ее заявление меня ничуть не удивило. Но я не отказалась бы узнать причины ее неприязни, поэтому спросила:
— И почему же?
Хильда опустила глаза. Она не желала присутствовать при выяснении отношений двух Следующих, но выбора у нее не было, поскольку приходилось все еще удерживать тяжелое зеркало для нас обеих.
