Мать, за что я ей бесконечно благодарен, помогла мне поступить в университет, но дальше я учился самостоятельно, да так, что не остановить. «Дорвался». В 28 лет я написал огромный философский роман, который сейчас изучают в школах и университетах.
С сестрой всё было несколько иначе. За свою жизнь она не прочитала по своей воле ни одной книги. У неё никогда не было интеллектуальных интересов. После окончания школы она из-за глупого соперничества со мной «заказала» матери университет. Мама тогда была состоятельным человеком и могла себе это позволить. Однако мать совершенно не понимала колоссальной пропасти между своим сыном и своей дочерью. Да и вообще не понимала, что такое интеллектуальная деятельность. Проработав год в учебной части МГУ, сестра поступила на факультет журналистики. Совершенно не обладая никакими литературными способностями. Или хотя бы литературными интересами. Все экзамены она сдавала за взятки, на работу, а затем на учёбу ездила на такси, носила норковые шубы и бриллианты.
Вероятно, мать считала, что расходы окупятся, так как дочка выгодно выйдет замуж. Однако ненависть к отцу и брату быстро перешла у неё в ненависть к мужчинам вообще. Сорящая деньгами студентка престижного вуза, обладающая привлекательной внешностью, вызывала естественный интерес мужского пола. Внезапно сестра поняла, что обладает властью над людьми. В общем, пуркуа па, но вся эта власть была употреблена ею на бессмысленный садизм.
Тактика сестры была сформирована в то время, и осталось неизменной до сего дня. Все начинается с того, что сестра начинает глупо хихикать, строить глазки, говорить тоненьким голоском. Как маленькая девочка. После 30 лет это стало производить странное впечатление, а после 40 — настораживающее.
Говорит она относительно впопад, иногда даже остроумно. Может процитировать связный текст, рассказать небольшую историю. Все перемежается комплиментами будущей жертве. Когда есть возможность, сестра пытается установить над ней контроль: дарит подарок, если жертва крупная — существенный. Может дать внешне дельный совет, особенно в области юриспруденции. Все говорится уверенным тоном, хотя если разобраться, ни толку, ни смысла в её словах нет — это или банальность или глупость. «Обманка». За время сближения происходит самое поверхностное сканирование сапиенса: выделяются несколько фактов из его биографии.
Предположим, это молодящаяся одинокая женщина, приехавшая из провинции и живущая в съемной квартире с собачкой. Сестра дарит ей бижутерию и конфеты, обещает познакомить с интересными людьми, советует разместить информацию о поиске работы на популярном сайте. В один прекрасный момент в квартире новой подруги раздается звонок:
— Ну что, блядь, в Москву собой торговать приехала? Тебе 40 лет. Посмотри на себя в зеркало — ни кожи, ни рожи. Деревня!
— Маня, что вы говорите?!!
— Я 50 лет Маня. Хули ты с собакой своей ебешься?
До такой степени сестра, конечно, дошла не сразу. Но довольно быстро. В университете произошла культурная катастрофа. Если бы сестра после школы пошла в техникум, и стала, как мать, портнихой, у неё, при отвратительном характере, все же была бы профессия, и, что еще более важно, страх божий перед верхними классами общества.
Скорее всего, она бы нашла себе мужа, родила детей, а потом смогла бы в полной мере использовать преимущества, которые ей давало родство с успешным братом. Но университет туповатую девушку испортил окончательно. Во-первых, она решила, что сама принадлежит к верхнему классу общества, хотя для этого у неё не было абсолютно никаких оснований. Она была глупа, не обладала никакими способностями, а её благополучие было фикцией. Она была дочерью портнихи, живущей в панельной многоэтажке с грязными обоями, и покупающей бриллианты на последние деньги глупой матери.
Во-вторых, чувство принадлежности к «высшему обществу» дополнилось чувством презрения к его представителям. Ведь если сестра обманным путём попала в лучший вуз страны и, не имея никаких способностей, там «успешно» учится, значит, тысячи студентов и преподавателей находятся в таком же положении. Всё это за деньги и по блату, и весь класс интеллектуалов состоит из придурков.
Мать в минуты вспышек гнева титуловала своего бедного сына «шизофреник хуев». Вот из таких шизофреников хуевых и состоял университет. Сестра же называла меня «щщенком». Вероятно, это было её отношение к мужчинам — жалким, униженным, а потом умирающим, как отец. Или молча сносящим агрессию, как брат. Больше никаких мужчин она не знала. В период любовных ухаживаний образ стал проецироваться на всех подряд.
Однажды я познакомил сестру со своим товарищем — красивым молодым ученым и спортсменом. Тому понравилась эффектная блондинка, и он пригласил её в театр. Сестра фыркнула, а когда я спросил, в чем причина её отказа, заявила, что мой товарищ ничтожество. Впоследствии ничтожество стало академиком.
