С наступлением сумерек стала затихать и битва. Воины с обеих сторон отступили, создавая дистанцию с противником.
Пхёнган, только что приехавшая в лагерь войска Когурё, отчаянно искала Ондаля, но его нигде не было видно. Израненный Ким Ёнчоль услышал о прибытии принцессы и выбежал ей навстречу:
– Ваше Высочество, это я, Ким Ёнчоль.
– О, здравствуй. А где же господин Ондаль?
Лицо Пхёнган даже в темноте выглядело бледным.
– Что? Напал на врага в одиночку… Как же так?
– Сожалею, Ваше Высочество… Но сейчас темно, и мы не знаем, жив ли генерал. Солдаты ищут его повсюду с факелами, – еле выговорил Ким Ёнчоль, глотая слезы.
Пхёнган покачнулась, и Хон Ильми подскочила к ней, подхватив под руку. Принцесса оперлась на подругу и снова гордо выпрямилась.
Пока еще ничего не известно. Воины наблюдают за ней. Пхёнган собрала все силы, чтобы унять дрожь в коленях, и медленно пошла вперед. Один шаг, второй. На самом деле принцесса не понимала, идет ли она по земле или падает в пустоту.
Поднявшись на крепостную стену, Пхёнган замерла, вглядываясь в темноту, окутавшую недавнее поле боя.
В молчаливом ночном небе смутно виднелись тени летающих воронов. Злобно каркая, они кружились в темноте, словно разделяя с принцессой ее печаль. Она отчаянно взмолилась: «Прошу, останьтесь в живых. Я еще не успела выполнить обещание, данное вам. Муж мой, вы не можете меня покинуть. Я последую за вами куда угодно, только останьтесь в живых!»
То ли морось, то ли мокрый снег летали в воздухе, раздуваемые холодным ветром.
Воины принесли весть, что Им Чжонсу и его отряд везут в крепость повозку с телом Ондаля. Губы Пхёнган иссохли, тело било мелкой дрожью. Целый вихрь мыслей разом пролетел в ее голове.
Вскоре снаружи послышался зычный голос караульного:
– Расступись! Прибыла повозка с генералом Ондалем!
Ондаль лежал прямо, сложив руки на груди. Его кольчуга намокла от крови, а тело было наполовину прикрыто белой тканью. Поспешно выбежавшая на улицу Пхёнган, увидев мужа, чуть не потеряла сознание. Не пройдя и нескольких шагов, она упала на землю и, схватив Ондаля за руку, горько зарыдала:
– Нет! Вы не можете уйти вот так! Как же мне теперь быть? Генерал, откройте глаза! Ну же!
Толпа воинов окружила повозку, спокойно и торжественно глядя на тело человека, который был для них героем.
– Ваше Высочество, успокойтесь. Так вы сами заболеете, – увещевали ее со всех сторон.
Но Пхёнган не двигалась с места. Им Чжонсу о чем-то серьезно раздумывал, закусив нижнюю губу. Затем он присел рядом с принцессой и прошептал ей на ухо:
– Ваше Высочество, генерал еще жив. Он дышит, едва заметно, но дышит.
Пхёнган вздрогнула от испуга и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.
– После лечения и отдыха он будет в порядке, – продолжал Им Чжонсу.
– Но… как?
– Приказ Его Величества. Об этом знают только Северные Мечи.
Успокоив принцессу, Им Чжонсу поднялся и отдал приказ воинам:
– Укройте занавесами площадь у шатра.
Вскоре повозка Ондаля оказалась скрыта за занавесом и не видна любопытным взглядам солдат.
На следующий день солнце скрылось за кучевыми облаками, и все вокруг потемнело.
В середине шатра одиноко возвышался деревянный гроб. Воины по очереди заходили внутрь, зажигали благовония и кланялись погибшему генералу. Принцесса, вместе с Хон Ильми стоявшая рядом в траурной одежде, выглядела печальной. Но ее взгляд был спокоен.
Им Чжонсу приказал Северным Мечам:
– Грузите гроб на повозку. Мы везем генерала в крепость Чанан!
Огромная толпа воинов обступила экипаж, чтобы проводить Ондаля в последний путь. Отовсюду слышались всхлипы и еле сдерживаемые рыдания:
– Генерал!
– Генерал!
Ким Ёнчоль и еще восемь Северных Мечей положили белые веревки, опоясывавшие гроб, на плечи и потянули их, чтобы поднять его. Но гроб не сдвинулся с места.
Им Чжонсу, стоявший впереди, крикнул:
– Что вы вытворяете? А ну сильнее!
Однако гроб оставался неподвижным. Северные Мечи утирали ладонями пот, катившийся с их лбов крупными каплями.
– Что же делать, он не двигается!
– Пробуйте еще!
– Раз! Два! Три! А ну!
Гроб Ондаля не двигался с места, словно прирос к земле. Воины зашептались:
– Это что за диво такое?
– Должно быть, дух генерала не хочет уходить отсюда.
Гул среди растерянных воинов нарастал. Им Чжонсу обернулся к принцессе и слегка кивнул ей. Пхёнган сделала глубокий вдох и медленно подошла к гробу. Воцарилась мертвая тишина, воины затаив дыхание наблюдали за принцессой.
– Муж мой, все уже закончилось, – сказала она Ондалю, мягко поглаживая гроб и обращаясь к нему как к живому человеку. – Теперь вы должны отдохнуть как следует. Хватит упрямиться, вам нужно идти.
Как только принцесса договорила, воины снова обмотались веревками и потянули их на себя. На этот раз гроб Ондаля легко оторвался от земли.
– Гроб сдвинулся!
Его водрузили на повозку, и со всех сторон послышались возгласы удивленных воинов:
– Это сами небеса снизошли!
– Какое диво!
Им Чжонсу жестом успокоил возбужденных воинов и снова крикнул:
– Расступись! Едет генерал Ондаль!
