Пхёнган собственноручно запрягла карету и отправилась во дворец. Упав на колени перед братом, она взмолилась:
– Ваше Величество, заклинаю вас: остановите генерала Ондаля! Я не смогу это вынести!
Глаза короля Ёнъяна тоже увлажнились.
Принцесса залилась слезами:
– Прошу вас, Ваше Величество, сжальтесь над сестрой и спасите его!
Король горевал вместе с сестрой. Непоколебимая принцесса Пхёнган, ни разу в жизни не показывавшая никому своей слабости, стояла на коленях в слезах и молила брата. Ее хрупкие плечи вздрагивали от рыданий. Принцесса явно предчувствовала беду.
– Сестра, генерал Ондаль уже принял решение и отправился в путь. Посмотрите сюда. Это нашли в его шатре, – мягко сказал Ёнъян и положил перед ней лист бумаги.
Пхёнган взглянула на почерк, и ее сердце чуть было не разорвало от боли. Это точно была рука Ондаля. Но прочитав, что написано на листе, принцесса ощутила, как душу кольнула надежда.
Человек, который по собственной воле отправился на поле боя, предлагает сложить мечи? Что же он хочет этим сказать?
Король Ёнъян на некоторое время погрузился в раздумья, расхаживая туда-сюда по тронному залу. Затем он вызвал главного евнуха и своей рукой написал приказ.
– Сестра, Когурё предстоит серьезная война. Нападение империи Суй уже не за горами. Но вы уже долгое время помогали нашему покойному отцу и были опорой для страны. Теперь же вы должны найти зятя и остановить его. Генералу Ондалю не стоит находиться на поле боя, среди стольких смертей. Я желаю лишь счастья вам двоим.
Пхёнган, даже не оглянувшись на воинов, которые следовали за ней, вместе с Хон Ильми села в карету. Колеса загромыхали по неровной каменистой дороге.
На руках принцессы появились кровавые мозоли, а лодыжки распухли от усталости. Но она упрямо погоняла коней и мчалась на поле боя вслед за Ондалем. Ночью воины освещали ей путь факелами, усталых лошадей меняли на почтовых станциях. Так они и неслись вперед, не зная отдыха.
Крепость Адан.
Зима только вступала в свои права, и день стоял ясный и безоблачный. Синие небеса простирались до горизонта, огромные белоснежные облака безмятежно плыли по ним, и казалось, их можно коснуться рукой.
Ондаль стоял на крепостной стене, по обеим сторонам от него возвышались суровые Северные Мечи. Его воины в ожидании приказа к атаке замерли у ворот. А армия Силлы выстроилась на небольшом расстоянии, окружив крепость. Конница, стрелки, воины с копьями и мечами… Глядя на суетливо двигающихся солдат, Ондаль ощутил, что он действительно вскоре очутится на поле брани, где сражение идет не на жизнь, а на смерть.
Ондаль обвел все вокруг теплым взглядом и глубоко вдохнул свежего воздуха. В это мгновение налетел сильный поток ветра, и знамя с треглавой вороной яростно заколыхалось, словно извещая весь мир о своем существовании.
Ким Ёнчоль, который уже некоторое время терпеливо ждал приказа Ондаля, подошел к командиру и почтительно сказал:
– Генерал, воины ожидают вашего приказа.
– Вот как? Вам тяжело приходилось все это время. Как же вы настрадались, помогая такому бестолковому человеку, как я.
– О чем вы, генерал? – покачал головой Ким Ёнчоль, удивленный внезапным выражением признательности.
– Я смотрю, Силла тоже выставила против нас своих лучших воинов, – заметил Ондаль.
– Да, генерал. Удерживая земли Керим, Силла уже долгое время не позволяет Когурё продвинуться на юг. Они не отступят ни на шаг.
– Что ж, тогда пришла пора выступать.
Один из стражников Ондаля подбежал к нему и протянул металлический шлем.
Ондаль покачал головой:
– Это ни к чему.
Загадочно улыбнувшись, он легко запрыгнул в седло. Воины открыли рты от удивления, но Ондаль скомандовал:
– Генералы, слушайте меня. Всем воинам оставаться на своих местах. Это приказ.
Растерянные бойцы понемногу начали понимать, что собирается сделать Ондаль. Отовсюду послышались умоляющие возгласы:
– Генерал, о чем вы?
– Генерал, нет!
Ким Ёнчоль тоже озадаченно смотрел на командира.
– Я давно хотел сделать это. Пошел! – Ондаль верхом на Вихре приблизился к шатру и насадил знамена на свой меч.
Одно за другим знамена соскользнули вниз. Ничего не понимающие воины зашептались между собой.
Ондаль подъехал к воротам крепости и отдал приказ:
– Откройте ворота! Как только я покину крепость, снова заприте их крепко-накрепко!
Ворота открылись. Казалось, это распахнулись двери в другой мир.
Некоторое время Ондаль спокойно всматривался в открывшуюся ему картину, а затем слегка натянул вожжи.
