– Не надо… Себастьян, прошу не надо, – это было действительно самое страшное, что только могло с ней произойти. От него она готова вытерпеть все. Он – это совсем другое дело, но когда к ней прикоснутся другие мужчины, на его глазах, это будет самая страшная смерть. – Прошу… – она заскулила. – Не нужно так со мной, сделай все что угодно, но только не это.
Он засмеялся, убрал волосы с лица за ухо.
– Ты же понимала, что просто так я это не оставлю, – улыбнулся, проведя тыльной стороной ладони по щеке. – Зачем ты так поступила?
– Ты не оставил мне выбора, ты уничтожил все, что я пыталась построить, я хочу быть не просто тупой, голой куклой, я хочу… – каждое слово давалось с трудом, надо было признавать свои ошибки, раскрывать секреты, но без этого он все мог изменить навсегда. – Скажи мне, – наконец прошептала она. – Тебе очень весело меня мучить? С тех пор, как мы знаем друг друга, ты ничего мне не дал, кроме страданий… – ее голос задрожал.
– Может быть, ты оттого-то именно меня и любила: радости забываются, а печали никогда… – печально смотрел на нее – Странно, почему ты решила, что я хочу видеть в тебе что-то большее, чем тупую, голую игрушку, – наклонился к ее уху. – ты угадала. Правда дается это тебе слишком большой ценой.
Он поднялся.
– За откровение, которое тебе так тяжело дается, тебе полагается душ и ужин. Смотри, не разочаруй меня, я ведь могу и поменять решение. Я дам тебе сегодня много возможностей…
Наверное, наступил вечер, он вошел в ее комнату и стал у порога.
– Сейчас мы отключим твой ошейник и ты принесешь его мне, на коленках.
Девушка смотрела на него и видела, что он начинает играть с ней, как с мышкой. Достал пульт и девушка услышала как ошейник зажужжал и затих.
– Снимай, он открыт, становись на коленки и неси.
Сондрин сняла ошейник, но не могла сдвинуться с места, становиться на коленки и ползти, это не о ней, все внутри кричало об обратном. Она просто взяла его и швырнула в стену. Гаджет ударился, пискнул и разлетелся вдребезги. Себастьян посмотрел на нее. Вздохнул. Покачал головой.
– И почему ты ничему не учишься? – скрестил руки на груди, глядя на нее, белая футболка с вырезом буквой V открывала его татуировки, ними были забиты полностью руки и торс, но когда он надевал рубашку, все было скрыто. Сейчас она видела его голые руки. Усталость и недовольство в глазах.
– Неужели ты был уверен, что вот так просто я сниму эту мерзкую вещь, которая несколько раз чуть не убила меня, и приползу к твоим ногам?
– Да, был такой момент, но…
– Да я ненавижу тебя, знаешь чего мне хочется больше всего на свете?
– Нет, расскажи мне, у тебя есть право, я ведь говорил, что сегодня у тебя будут возможности.
Девушка немного помолчала. А потом заговорила:
– Я хочу быть мужчиной. Чтобы поставить тебя на колени и избить. Просто монотонно, долго бить тебя со всей силы. Разбивая в кровь губы, лицо. Ломая твои ребра и наслаждаясь криками.
– ммм, оказывается в нашей паре не только я садист. Ну, мужчиной ты вряд ли станешь, а вот избить меня… – он подошел к ней, взял за руки и положил себе на щеки. – Если ты так хочешь, покажи мне всю свою ненависть, я очень хочу посмотреть ей в глаза, до сих пор видел только сопли и слезы, обещаю что не буду защищаться, сделай все что сможешь, максимальный ущерб – он наклонил голову в сторону. – убери мысли о том что совершила все ради попытки спастись, в виде того, что ты выставила на всеобщее рассмотрение мою жизнь, просто голая ненависть, гнев.
Она выхватила руку и ударила его по щеке, немного развернулся, но не сдвинулся с места, посмотрел на нее и улыбнулся.
– Ну где твоя злость, где то, что сидит у тебя внутри, твой бунт, если ты не сейчас не покажешь мне ее, клянусь, я поставлю тебя на четвереньки и заставлю скулить и обсасывать мои ноги. А может ты этого хочешь, втайне? – он рассмеялся.
Девушка больше не могла выслушивать это, она начала со всей силой хлестать его по щекам.
– Да, ненавижу, ты столько всего сделал, ты убил во мне любовь, ты убил во мне веру, ты открыл монстра который жрет меня, не давая думать о прекрасном! – она устала хлестать его по щекам и начала колотить кулаками по груди, толкать его и дергать за футболку, он не сопротивлялся, лицо покраснело от ударов, она не замечала, что выражение глаз поменялось, ноздри немного раздулись в хищном оскале, ее силы были на исходе.
– Неужели все, на большее тебя не хватает? Чтоб со мной драться надо быть сильной, а ты слабая и не только физически, ты уже сдалась и это вызывает только презрение, – его слова придали ей сил.
– Неужели ты думаешь, что сломав мое тело, ты сможешь сломать мой дух?
– Почему же нет, я делал это много раз.
– Потому, что я больше тебя не люблю, и больше ты не тот человек, который может расписываться скальпелем на моем сердце.
– Неужели есть другой? – он ухмыльнулся и посмотрел на нее, издеваясь.
– Нет, пока нет, ты же все знаешь обо мне, но я уверена, что очень быстро отыщу того, кто полюбит меня и я возможно смогу.
