– А что-то мне подсказывает, что ты не хочешь светиться, иначе, почему у тебя до сих пор нет телефона, планшета и ты живешь в хостеле на окраине, никуда не выходишь, даже не гуляешь? – рассуждал вслух, пытаясь по выражению ее глаз понять, на правильном ли он пути.
– У меня нет денег на это все, – девушка безучастно смотрела, казалось, сквозь него.
– Ты хочешь уехать во Францию, не так ли?
Оживилась и посмотрела на него осознанно.
– Да…
– Что там? – любопытство разбирало его.
– Не важно.
– Важно, будешь послушной паинькой, помогу.
– Обойдусь и паинькой я не буду, – проскрипела это сквозь зубы.
– Ну что ж, раз не будешь, тогда и я не буду паинькой.
Он запер дверь, несколько человек встало, ее окружили. Несколько рук потянулись снимать одежду…
– Не надо! – Сондрин громко закричала, ее затрусило от страха, не готова была к этому. Они отошли от нее ошарашенные и немного напуганные ее реакцией.
– Не надо, что вы хотите? – перевела дыхание и посмотрела на Киллиана.
– Никто тебя не собирается… Просто у нас спор и мы хотим разрешить его. Кто быстрее всего найдет то, что выдает в тебе не уборщицу, тот получит штуку баксов. А потом можешь убираться.
Она сняла специальную шапочку, которая скрывала волосы. Тряхнула ими, рассыпая по плечам шоколадную лавину. Затем халат и перчатки. Девушка стояла перед ними в джинсах и ярко-розовой футболке.
– Ну что, парни, кто первый догадается?
Несколько мужчин пялились на нее, пытаясь высказаться, и тут вошел еще один, он смеялся и разговаривал по телефону, как оказалось, это был зачинщик спора.
– Ну что, нашли? – снова рассмеялся. Все заговорили вместе, создавая неразборчивый гомон недовольных мужских возгласов.
– Мы сдаемся, говори. Достал уже.
Он подошел к ней, взял за руку и, вывернув ладошкой вниз, показал им.
– Где вы видели уборщицу, у которой на пальце два карата брюликов?
Все замолчали и смотрели на ее руку. Там, в своем величии, поблескивали бриллианты.
– Так что гоните денежки.
Она выдернула руку.
– Это все? – Сондрин смотрела на них с опаской.
– Да, никто тебя не держит, можешь убираться из моего заведения.
Она быстро выбежала из комнаты. Столько адреналина, девушка не верила, что все окончено, сердце просто колотилось в груди, а во рту все пересохло. Подошла к фонтанчику в холле, наклонилась и включила воду. Прохладная жидкость коснулась губ и в этот момент, боковым зрением, увидела, как две руки возле ее лица набрали воду и поднесли к ее губам. Эти ухоженные руки, белые манжеты рубашки, золотые запонки.
– Пей…– его грубый голос хрипло приказал. – Ну, или ты забыла, как нужно это делать?
Сондрин замерла, сознание очень медленно анализировало события и выдавало ответы на возникающие вопросы. Она медленно стала пить из его рук, через минуту он плеснул воду в лицо и девушка, не глядя на него, побежала обратно в комнату, захлопнув дверь. Пятилась от двери и смотрела на нее в ожидании. Во взгляде был такой испуг, что казалось, будто в дверь войдет самый страшный кошмар ее жизни. Находящиеся в комнате были ошарашены.
Дверь тихонько отворилась и в комнату вошел Кристофер, под его взглядом все как-то поникли. Он был высоким, идеально подстриженным, в лакированных черных туфлях, в черном костюме и белоснежной рубашке. Бабочка была завязана, было видно, что он был вырван из процесса.
– Сондрин, – его синие холодные глаза нашли ее. – Пора домой, – улыбнулся, демоны в нем ликовали. Он нашел то, что искал так долго.
Смотрела на него и казалось, что сердце стало биться реже, а от холодного циничного взгляда кровь остановилась и все внутри сжалось.
– Нет…– она шептала это, и мотала головой. – Нет…
Ноги подкашивались и она медленно опустилась на пол. Наверное, проще остаться лежать у ног той толпы , чем уйти рядом с этим человеком. Его сила, его инстинкты хищника, которые видели все. Опасность, которая аурой опоясывала , а главное ее память. Она вспомнила все до последней капельки, все его движения, все его привычки, он очень надежно вбивал однажды, так чтоб не забылось никогда. Он прописывал себя в ее сознании не важно как, иногда удовольствием, иногда болью, но последнее было надежнее. Перемешанные мысли, переломанные чувства, все оттенки боли, все оттенки грусти, ее больной любви. Девушка понимала: он не отпустит. Она пискнула:
– Отпусти, прошу.
– Не испытывай мое терпение, – печально улыбнулся.
– Отпусти…
Он проигнорировал ее слова.
– Немного долго. Но все же… – он подошел к ней и присел на корточки, девушка опустила глаза в пол, слезы ползли по щекам
– Посмотри на меня и вспомни, если ты забыла, как меня зовут?
– …………
Он взял ее за волосы и резко поднял голову, так чтобы смотрела на него.
– Говори, пока я еще разрешаю, – его голос дрожал от гнева, чувствовала, как он готов был разорвать ее здесь, на месте.
– Кристофер…
– Правильно, – отпустил ее, погладил по голове, поднялся, отошел и повернулся к присутствующим. – Я очень вам обязан, господа, вознаграждение вам сейчас принесут, спасибо.
