Теперь же, к своему восторгу, я обнаружила, что он замечательный рассказчик и, несмотря на свою мужественность, порою напоминал мне коробейника, достающего из сумы чудесные безделицы. Вот только у моего нового друга в запасе были не диковинки, а занимательнейшие истории. В каждой таверне, пивной или на постоялом дворе он пополнял свою коллекцию. Часть этих историй он знал на память, а часть была записана в специально заведенной для этого старенькой, потрепанной тетради. Пока мы ехали к очередным друзьям Роберта, Томми развлекал меня захватывающими сказками о великанах, русалках, ведьмах и чародеях, говорящих зверях и злобных живых растениях, коварных змеях и морских гадах, единорогах, эльфах, феях и гоблинах, об алчных гномах, охраняющих свои сокровища, о доблестных рыцарях, отправившихся на поиски приключений, прекрасных принцессах в нищенских лохмотьях, бедняках, оказывавшихся на самом деле принцами королевских кровей, преступниках с благородными сердцами, всепобеждающей любви, огнедышащих драконах, захватывающих приключениях, заколдованных королевствах и заморских землях, находящихся где-то далеко-далеко…
Я с удовольствием слушала его приятный голос, и мне даже было жаль, что наше путешествие закончилось, и не только потому, что мне пришлось попрощаться с мастером Блаунтом и его чудесными рассказами…
В тот миг, когда я увидела поместье Комптон-Верни, кровь застыла в моих жилах. Моя кожа покрылась мурашками, и я почувствовала, как волосы встают дыбом у меня на затылке. От этого места так и веяло могильным холодом! Мне захотелось развернуть лошадь и умчаться галопом прочь от этого ужаса, не важно куда, только бы поскорее оказаться подальше отсюда. Я нутром чуяла, что этот дом проклят.
Атмосфера здесь царила унылая, безрадостная, поместье со всеми этими рвами, башенками и узкими стрельчатыми окнами, через которые в комнаты едва проникал солнечный свет, и впрямь напоминало о «темных веках». Даже сад выглядел заброшенным и пустынным, казалось, в нем не растет ничего, кроме диких колючих кустарников.
– Как мог Роберт отправить меня сюда? – вслух ужаснулась я. – Он вообще бывал тут хоть раз? Видел это имение?
Мастер Блаунт грустно посмотрел на меня, очевидно, у него не нашлось ответов на мои вопросы, а обманывать ему не позволила совесть. Он видел, так же как и я, что Комптон-Верни – мрачное и холодное место, которое никогда не знало лучших времен.
Едва ли можно было представить хозяина, который подходил бы этому имению лучше, чем его нынешний владелец, сэр Ричард Верни. Он и Комптон-Верни походили друг на друга как две капли воды. Будь здешний хозяин персонажем одной из сказок милого Томми, он наверняка был бы колдуном, который может по собственной злой воле или же из-за наложенного на него проклятия превращаться в ворона. Когда я смотрела на его профиль, его нос казался мне длинным и острым, как нож. Он всегда носил только черные одежды – позволял себе разве что белоснежные рубахи, на которых я за все время, что общалась с ним, никогда не видела даже самого крошечного пятнышка. Его блестящие волосы, гладко зачесанные назад, напоминали черное как смоль вороново крыло, а глаза – маленькие черные бусинки, и он
Его лицо напоминало маску, выточенную из мрамора, – жесткую, холодную и неподвижную, ему чужды были всякие проявления эмоций. Он был высоким и худощавым, кожа у него была землистой, как у мертвеца. Руки его были непропорционально велики – «руки убийцы», услужливо подсказал тоненький, напуганный голосок в моей голове. И манера говорить у него была под стать внешности – снисходительный и покровительственный тон, каждое произнесенное слово выдавало нескрываемое чувство превосходства, которое пропитало этого человека наподобие какого-нибудь смертоносного яда. Я интуитивно понимала, что этот человек не задумываясь причинит мне боль, если ему от этого будет хоть какая-то выгода.
Когда он подошел ко мне, чтобы помочь спешиться, я испуганно отпрянула: мне не хотелось, чтобы его руки касались меня! Едва ли я удержалась бы в седле – наверняка рухнула бы наземь, если бы меня не поддержал Томми своими нежными, но сильными руками. Тут уж у меня не осталось выбора – я не хотела показаться неучтивой и не стала просить, чтобы сэр Ричард Верни отступился и мне помог бы кто-то из свиты супруга, иначе он счел бы меня безумной истеричкой, которая по любому поводу заливается слезами, разражается криками и замахивается хлыстом на неугодных. А потому я неохотно, с опаской позволила ему обхватить ладонями свою талию и снять меня с седла, после чего мы отправились осматривать имение.
Я не стала ужинать вместе со всеми в большом зале тем вечером. Принесла свои извинения, сославшись на усталость после долгого переезда и головную боль, и осталась в своих покоях.
