Я оглянулась и увидела Томаса Блаунта, ехавшего позади. Он сочувственно смотрел на меня и будто хотел сказать что-то, но так и не решился – должно быть, не сумел подобрать нужных слов, которые не огорчили бы меня. Я устремила взор вперед и немного ускорила шаг, чтобы догнать супруга.
Роберт оставил меня с мистрис Форстер – та хотела показать мне мои покои, – а сам пошел в большой зал погреть руки у огромного камина и поговорить с мастером Форстером.
Переступив порог, я ужаснулась: никогда еще мне не доводилось оказываться в таких холодных стенах! Холод пробирал до костей, обжигая кожу, но я все же решила, что здесь мне будет покойнее, чем в Комптон-Верни, который выглядел пугающе и насылал дурные сны. Камнор же, несмотря на всю свою угрюмость и серость, мало походил на обиталище кошмаров и привидений, и Форстеры казались людьми вполне дружелюбными.
– Пойдемте, милочка. – Мистрис Форстер взяла меня за руку и обнадеживающе улыбнулась. – У нас довольно прохладно и сыро, и на первый взгляд может показаться, что здесь все сделано изо льда, а не из камня, но вы обрадуетесь этой прохладе, когда придет лето, помяните мое слово! Кроме того, здесь темно, но это очень сложно исправить – сколько бы свечей и факелов мы ни зажигали, в помещениях всегда царит полумрак. Как будто тени решили, что это – их дом, а не наш, потому их отсюда не выжить. Понимаю, вам нужно освоиться, я и сама сперва ненавидела это место, потому что здесь холодно и темно, как в могиле, но это ощущение скоро пройдет. Ваши комнаты чудесны, мы отвели вам лучшее крыло Камнора, я сама все для вас приготовила. И ваши вещи уже прибыли из Комптон-Верни, и даже ваши милые кошки. А еще я велела затопить к вашему приезду камин. Так что вы скоро согреетесь и почувствуете себя как дома, обещаю вам. Чуть позже, когда вы немного отдохнете, я представлю вас остальным леди, живущим в нашем поместье, и познакомлю со своими детьми. Уповаю на то, что вы любите детей, леди Дадли, потому как мои весьма своенравны. А еще надеюсь, что вы не боитесь лягушек, малыши все время ловят их в пруду и постоянно носят с собой. Огромную лягушку-быка окрестили Кристофером, она запрыгнула как-то ночью мне на грудь, когда я спала. Я до смерти испугалась! Думала, поседею от страха! – рассмеялась она и пригладила свои каштановые волосы, выглядывающие из-под арселе.
Она подвела меня к каменной лестнице, вьющейся вокруг колонны. Огромная плита промежуточной площадки напоминала серое надгробие.
Когда мистрис Форстер начала подниматься по ступеням, я увидела, что вниз по лестнице спускается человек в серой власянице. Как интересно! Неужели монах? Я-то думала, никто из них не уцелел со времен короля Генриха! Я хотела было предупредить мистрис Форстер, которая уверенно шагала по ступенькам, ничего не замечая, и вот-вот должна была столкнуться с загадочным монахом, но слова так и не сорвались у меня с языка, потому как я заметила, что силуэт этого человека прозрачен, будто тело состоит изо льда! Я видела
Я в ужасе отпрянула от призрачного монаха, прижалась к стене, стянув полы плаща, чтобы он ни в коем разе не коснулся меня, – и полупрозрачная фигура прошла мимо и…
– Будьте осторожнее на этой лестнице, моя дорогая, – предупредила мистрис Форстер, продолжая подниматься, – не спешите, спускайтесь медленно, даже когда привыкнете к нашему дому. Здесь спешка ни к чему. Понятия не имею, отчего доктор Оуэн еще не заменил ее. Эта лестница здесь с самого начала, а дом построили в тысяча триста тридцатом году, если я не ошибаюсь. Кожаные подошвы сандалий монахов топтали эти ступени две сотни лет, отчего они стали гладкими и скользкими, как стекло. А еще здесь есть необычный поворот, он возникает неожиданно…
Мистрис Форстер наконец оглянулась и увидела, что я по-прежнему стою у подножия лестницы, не сделав и шага. Я попросту оцепенела от страха.
– Ах, милая моя, я напугала вас, сама того не желая. Мне хотелось всего лишь вас предостеречь. Идите же, милочка, здесь нечего бояться, просто будьте осторожны, и все будет в порядке! Я спускаюсь и поднимаюсь по этим ступеням каждый день, они ведут к галерее, где я сижу у огня и приглядываю за беснующимися детьми, когда погода не позволяет выпустить их погулять на улицу. Да они носятся по этой лестнице, как обезьянки, и ни разу еще ничего себе не сломали!
Я сглотнула комок в горле и начала подниматься.
На площадке я на миг замерла, чтобы передохнуть, и осмелилась спросить хозяйку дома:
– Мистрис Форстер, а здесь… здесь нет привидений?
– Привидений, милочка? – Мистрис Форстер обернулась и обеспокоенно посмотрела на меня. – Отчего вы спрашиваете?
