Пламенный аккорд полностью

Тогда мне пришлось отвести взгляд. Я не могла смотреть. Я не хотела наблюдать, как Джуд насильно выводит его отсюда, хотя сомневалась, что Сет стал бы сопротивляться в таком случае. Это было не в его стиле.

Мне стало дурно.

Я слышала, как они уходили, Сет и Джуд, через заднюю дверь со сцены. Дверь громко захлопнулась в тишине похожего на пещеру зала.

– Блудный сын вернулся…

Напряженную тишину нарушил У. Казалось, остальные лишились дара речи.

Но У был единственным из сидящих здесь, кто не знал, почему Сета выгнали из группы в этом году – что произошло между Сетом и сестрой Джесси, Джессой, много лет назад. То, что, по словам Броуди, тогда действительно произошло.

– Кого бы вы ни выбрали, – тихо продолжил У, когда никто не заговорил, – он должен быть наравне с вами четырьмя. Он должен быть рок-звездой, если собирается постоянно играть в этой группе. У него должно быть то, что есть у всех вас. То, что вы только что видели на сцене. То, что вы почувствовали, когда играл Сет. У Сета Бразерса это есть. – Он помолчал, глядя на каждого из нас, а затем обреченно вздохнул, поскольку мы по-прежнему молчали. – Жаль только, что его звезда так быстро погасла, – закончил он.

И тогда Броуди сказал:

– Нам нужно прекратить съемки.

И они прекратились.

Джуд появился снова, и по приказу Броуди он и его ребята выгнали из бара абсолютно всех, за исключением Dirty, Броуди и Мэгги.

Когда мы остались одни, я сказала:

– Знаете, все подумают, что это мы все подстроили.

– Не имеет значения, – сказал Джесси. – Это все равно не попадет в шоу. Сет не станет частью всего этого.

– Да, – сказал Броуди. – Но мы должны оставить этот момент. Это нужно как-то решать, и теперь У сделал это для нас, так что остальным не придется. Сет прошел прослушивание, но не прошел отбор. Это развязка для фанатов. Он никогда не вернется.

– Или мы могли бы дать ему шанс, – сказал Зейн.

На реакцию Броуди было почти больно смотреть. Он напрягся, его челюсть превратилась в гранит. Я не припомню, чтобы он раньше так смотрел на Зейна – как будто хотел залепить пощечину и выбить эти слова прямо из его рта.

– Кто-нибудь на самом деле хочет, чтобы Сет был здесь? – вымучил из себя Броуди сдавленным, пугающе низким голосом. Я только однажды слышала, чтобы он говорил таким тоном, много лет назад, когда он сообщил нам, что Джесса не поедет в первое мировое турне, что она покидает группу. Незабываемо, потому что от этого у меня по спине пробежали мурашки, как и сейчас.

– Ни. За. Что. – Джесси заговорил первым.

– Значит, все зависит только от тебя? – спросил Зейн.

– Нет. – Голос Джесси звучал не так яростно, как у Броуди, но он определенно сдерживал свое беспокойство. – Мы всегда действовали демократично. Если вы хотите официально проголосовать против его кандидатуры, мы это сделаем.

– Нет, – поправила я Джесси, – мы всегда были единодушны.

– Она права. – Дилан поддержал меня, что он часто делал, когда двое других выходили из-под контроля. – Или все за него, или против.

– Кто, черт возьми, еще за, кроме Зейна? – Джесси обвел нас мрачным, обвиняющим взглядом. Мне хотелось рухнуть на свое место и исчезнуть, но я осталась на месте. Мне всегда становилось не по себе, когда Джесси злился на меня, но мне оставалось лишь смириться с этим; мне все равно было неуютно рядом с ним.

– Я не говорил, что за, – холодно произнес Зейн. – Я просто сказал, что, может быть…

– Я за, – сказала я.

Я не была уверена, почему я это сказала, кроме того, что не могла переварить именно такой финал истории Сета. Мне не понравилась ни первая, ни вторая концовка, но я приняла их. С трудом.

Но в обоих случаях Сет тоже принимал их.

По крайней мере, я так думала.

Если это неправда… самое меньшее, что мы могли сделать, – это выслушать все, что он хотел сказать.

Все ребята повернулись и посмотрели на меня. Броуди, Джесси, Зейн и Дилан. Челюсть Джесси сжалась, когда он стиснул зубы: ему не понравилось то, что я собиралась сказать. Но я все равно скажу это.

– Я за… то, чтобы поговорить.

– И я, – сказал Зейн. Без колебаний. Хотя я не могла сказать, был ли он просто «за», чтобы позлить Джесси, или он действительно хотел, чтобы Сет был здесь.

В любом случае отклик был не из приятных. Джесси посмотрел на Зейна так, словно всерьез собирался его придушить. Броуди развернулся и ушел.

Он ушел.

Броуди никогда раньше не бросал группу. Это был просто гребаный разговор. Броуди был нашим менеджером, и мы рассчитывали на его наставничество.

Но мы все знали, что, когда дело касалось Джессы, Броуди мог игнорировать здравый смысл.

– Управление гневом, – ненавязчиво произнесла Мэгги ему вслед в повисшей в воздухе тишине. – Он… эм… работает над этим. – Она тихонько сидела в стороне и слушала все это, держа айпад на коленях. Костяшки ее пальцев выглядели болезненно бледными.

Так, может, она как-то причастна к возвращению Сета? Если так, то она, наверное, сейчас обделается от страха.

Бедная девочка.

Зейн пнул Дилана по ботинку.

– Скажи что-нибудь, чувак.