Пламенный аккорд полностью

Я действительно так думал. Может быть, потому, что СМИ хотели, чтобы мир так думал, и в течение примерно года изображали их на обложках всех существующих журналов. Может быть, потому, что они казались чертовски идеальной парой, как какая-нибудь рокерская королевская пара. Казалось, это то, чего они оба заслуживали, – вместе уйти в закат.

– Ничего не произошло. – Эль отвела от меня взгляд и снова уставилась на воду. – Я имею в виду… У меня была одна идея насчет нас. У него была другая. Конец истории.

Но, похоже, на этом все не закончилось.

– И каково это – играть с ним в группе сейчас?

– Тяжело, – призналась она. – Такое чувство, что… – Она вздохнула. – Я думаю, самое худшее в том, что я потеряла дружбу, которая у нас была раньше. Чтобы пережить разбитое сердце, нужно время, но это сложно, понимаешь? Однажды, кажется, совсем недавно, я просто оказалась по другую сторону баррикад. Я постепенно восстанавливаюсь. И я знаю, что снова буду в порядке. Но мы уже не те друзья, какими были раньше, до того, как у нас завязались отношения. И это самое трудное… знать, что мы с Джесси больше никогда не сможем быть такими друзьями. Потому что я просто не могу доверять ему так, как раньше. Я не могу на него положиться.

– Откуда ты это знаешь? – спросил я.

– Просто знаю. Теперь все по-другому. У него есть Кэти. – Она опустила глаза и, наблюдая, как вода набегает на песок у наших ног, казалось, на мгновение переместилась куда-то в другое место. Она пошевелила пальцами ног, зарываясь ими в песок. – Когда он рядом со мной, его на самом деле здесь нет, понимаешь? Такое ощущение, что он всегда куда-то исчезает. Он все делает вместе с ней. Они всегда вместе. И это многое меняет. Мы с Джесси друзья и всегда ими будем, но… – Она пожала плечами. – Он просто больше не находит для меня места. Не так, как раньше. И, может быть, это нормально. Возможно, так и должно быть. Я думаю… теперь это все принадлежит Кэти.

– И тебя это устраивает?

– Это не имеет значения, – сказала она, снова встретившись со мной взглядом. – Не мне решать, соглашаться ли с этим. Я имею в виду… если бы он был моим… я бы ожидала, что она отнесется к этому нормально. А если нет… – Она снова вздохнула. – Наверное, меня бы это не волновало так сильно, как мне хотелось бы притворяться.

– Он, вероятно, и не ожидал бы этого от тебя.

Эль на мгновение задержала на мне взгляд, обдумывая.

– Нет, – тихо сказала она. – Вот почему я не могу винить его за то, что он ставит ее на первое место. Потому что именно этого я ожидала бы от него, будь он со мной.

– Эль, – сказал я ей, – ты правда сильная, ты это знаешь?

Она мягко улыбнулась мне. И у меня сжалось сердце.

Я не хотел терять эту улыбку.

А как же я? – хотел спросить я. – Где мое место? Эти слова вертелись у меня на языке, но я не спросил.

Это был глупый вопрос.

Вместо этого я просто наблюдал за ней. Утреннее солнце играло в ее светлых волосах.

– Пойдем в дом? – спросила она меня, как будто даже не была уверена, пойду ли я. – Джоани готовит завтрак.

– Веди.

Я поднялся на ноги и пошел за Эль по пляжу, не сводя с нее глаз. Ее гладкой золотистой кожи. Низкого выреза платья на спине, подчеркивающего изгиб позвоночника. Того, как покачивались ее бедра, когда она ступала по мягкому песку.

И всю дорогу я напоминал себе, что то, что она привезла меня на Гавайи, позволила мне полюбоваться ею в откровенном бикини и полночи играла со мной музыку… ничего не значило.

Или, по крайней мере, мало что значило.

Это определенно не означало, что я должен предаваться фантазиям о том, как я прикасаюсь к ней или оказываюсь в ее постели.

Реальность заключалась в том, что я собирался осуществить эти фантазии прямо сейчас. Я понял это, когда мой взгляд скользнул по ее заднице в форме сердечка… У меня уже были эти фантазии. Но они оставались всего лишь фантазиями.

Они не обязательно должны были иметь под собой какую-либо основу в реальности.

Когда мы с Сетом – и Флинном, следовавшим за мной по пятам до пляжа и обратно, – вернулись в дом, то обнаружили, что нас кто-то преследует. Фотограф с огромным телеобъективом разбил лагерь среди деревьев сразу за границей участка У. Он удобно устроился по другую сторону низкой каменной ограды, окружавшей задний двор. Как будто мы бы не заметили его в тени.

Флинн сразу же заметил его.

– Гребаные папарацци, – пробормотала Джоани, направляясь к нам во внутренний дворик, где она накрыла для нас завтрак. Не то чтобы папарацци фотографировали Джоани, она не была знаменитой. Но я понимала, что ощущение слежки может испортить трапезу.

– Мне его выпроводить? – спросил меня Флинн. Очевидно, он из кожи вон лез, намереваясь вышвырнуть фотографа. Наверное, ему до чертиков скучно и не хватает накала страстей.

Мне не нравилось, что меня преследовали во время отпуска, но я давно научилась не принимать это близко к сердцу. И сейчас не позволю этому испортить мне трапезу, а тем более день.