У Саммер, как всегда, была уйма идей. Эта девушка могла добавлять звучанию самые невероятные оттенки. Специально для нее у меня в студии стояла гитара, а также все самое современное оборудование для диджеев и всякие звукоусилители, целая компьютерная сеть, обслуживаемая и управляемая для меня оперативной службой IT-компании. Все ради того, чтобы Саммер могла прийти и поиграть со мной.
Иногда мы просто валяли дурака. Иногда придумывали песни. Иногда мы их записывали. Между нами говоря, у нас, вероятно, было около двух альбомов потенциальной музыки, которая могла бы послужить основой для какого-нибудь будущего совместного проекта.
Она также собиралась присоединиться к Dirty в студии – впервые – для записи нового альбома, и я, черт возьми, не могла дождаться.
И вот мы с Сетом включили ей пару песен, над которыми работали. И она, как всегда, вознесла музыку к новым вершинам. Они с Сетом никогда не работали вместе, но были на одной волне. В музыкальном плане. Да и в целом.
К тому времени, когда она отправилась домой, около трех часов ночи, я не знала, что и думать. Я была в некотором роде взволнована тем, что, возможно, у нас появился третий музыкант, который мог бы пойти с нами дальше и даже записать альбом. Я была настроена оптимистично, полагая, что здесь может произойти что-то серьезное. Что, может быть, мне удастся выпустить альбом с Сетом Бразерсом и никто не возненавидит меня.
Ведь, только услышав его, все поймут, насколько он хорош, верно?
– Не расскажешь об этом Эшу? – спросила я Саммер, провожая ее до машины, и мы обнялись. Мне было неловко спрашивать, но пришлось.
– Еще чего, – сказала она. Заведя машину, подруга опустила стекло и сказала мне: – Тебе правда нужно решиться. Если этого не сделаешь ты, то, вероятно, смогу я. – Затем она улыбнулась мне своей убийственной улыбкой тусовщицы и рванула с моей подъездной дорожки.
Я знала, что она просто подначивает меня. Возможно, она поняла, что я уже почти у цели, и просто хотела, чтобы я исповедалась.
Когда я вернулась в дом, Сет наливал мне бокал красного вина. На кухне пахло свежезаваренным кофе.
– Как тебе удается пить кофе в любое время суток и при этом умудряться спать? – поинтересовалась я.
– Доведи меня до изнеможения, – сказал он, глядя на меня из-под опущенных век, – и я усну. – Он положил руки мне на талию и притянул к себе.
Но вместо того чтобы растаять в его объятиях, как мне хотелось, я почувствовала легкое напряжение.
– Мне нужно быть в баре к семи утра, – сообщила я ему. – Прослушивания не будут меня ждать. – На самом деле подождали бы. Если бы я не появилась вовремя, прослушивания не начались бы и многие люди разозлились бы на меня.
Это был первый раз, когда я заговорила с Сетом о прослушиваниях с тех пор, как они возобновились, но его, казалось, не трогала эта тема.
– Тогда, наверное, тебе стоит меня выпроводить.
Мы просто стояли, и никто из нас не предпринимал никаких действий, чтобы этому поспособствовать. Его затуманенные похотью глаза уставились на меня; самоуверенный ублюдок знал, что я не хочу, чтобы он уходил. Вот почему он сварил себе кофе.
Я сделала глоток вина и холодно сказала:
– Думаю, Саммер понравилось сочинять с тобой музыку.
Его пристальный взгляд скользил по моему лицу, читая меня как открытую книгу.
– Ты… ревнуешь?
Я слишком театрально усмехнулась, выдав себя с головой.
– Из-за чего?
– Ты думаешь, я на нее запал?
– В таком случае ничего страшного, – солгала я. – Она классная, и вам, кажется, было комфортно друг с другом. И я ее знаю. Обычно, когда Саммер так широко улыбается парню, то планирует с ним переспать… или уже.
– Ну что ж… Я не могу сказать тебе, каковы ее планы. Но у нас с ней никогда не было секса.
Я прищурилась, глядя на него. Теперь меня распирало подозрение.
– Почему нет?
– Неужели совершенно невозможно представить, что я могу находиться в одной комнате с женщиной и не заниматься с ней сексом?
– Не знаю, – сказала я. – А ты можешь?
– Ты слишком долго находишься в рок-н-ролльной тусовке, – сказал он, наступая на меня, пока не прижал к стене. – Не все мужчины думают исключительно членом, Эль.
Я в курсе. Броуди, например, никогда не был из тех парней, которые сначала засовывают член, а потом уже задают вопросы, и я всегда ценила это – то, что хоть
Мои друзья-мужчины-рок-звезды – это совсем другая история.
– Ты прав, – задумчиво произнесла я. – Я уверена, что Дилан за эти годы принял одно или, может быть, два решения без участия своего члена.
– Вот ты, – сказал он, целуя меня в шею, – и доказала мою точку зрения.
Я вздохнула, когда он начал посасывать и покусывать мою кожу.
– Мы можем больше не говорить о Дилане?..
– Без проблем. О чем бы ты предпочла поговорить?
