У Коры потемнело в глазах. Она представила, как Кэллон идет на битву вместе с ними и возвращается домой в одиночестве.
– Он был великим воином, великим лидером. Планировалось, что он сменит меня в должности генерала и я смогу уйти на покой. Мы с женой решили, что пришло время посвятить нашу жизнь чему-то другому, кроме сражений. Но этого так и не произошло.
У Коры в уголках глаз начали накапливаться слезы.
– Я лично тренировал сына, но этого оказалось недостаточно.
Он медленно повернул голову в ее сторону, их взгляды встретились.
– Теперь ты понимаешь, почему я так к тебе суров. Ты не готова и секунды продержаться на поле боя, не говоря уже о победе. Я понимаю, ты совсем молода, но твоя наивность поражает.
Кору не задел этот упрек. Она была слишком поглощена его горем, чтобы думать о себе. По щекам потекли слезы, и она быстро вытерла их рукавом.
– Это случилось уже давно, но эльфы воспринимают время не так, как остальные, поэтому каждый день кажется мне первым днем без них обоих… Впервые я увидел ее на поле для медитаций. Ее волосы развевались на ветру, вокруг колыхались цветы. Я почувствовал ее присутствие с такой силой, какой никогда не ощущал ни с кем другим, – и я сразу все понял. Нам потребовались сотни лет, чтобы достичь друг с другом гармонии, а затем мы решили, что пришло время увеличить нашу семью.
Он снова посмотрел в дверной проем, откуда доносилось пение птиц.
– Я никогда не хотел снова жениться. Никогда не утруждал себя знакомством с кем-то еще. Я влюблен в нее так же, как и прежде. По глупости я думал, что все наладится, но горе не покидает меня. Оно никогда не утихает – ни утром, ни вечером. Я много раз размышлял о Церемонии Духов.
– Церемонии Духов? – прошептала Кора.
Кэллон продолжал смотреть на улицу.
– Это церемония для тех, кто решил уйти из жизни.
Кора резко вдохнула. В груди все сжалось.
– Но ты всегда говорил о них так, словно они все еще здесь…
– Потому что так оно и есть. Я все еще чувствую их присутствие. Большую часть времени это меня утешает, но иногда причиняет боль. Потому что я хочу слышать ее голос, слышать его смех.
Как и всегда, тон его голоса не выражал никаких эмоций. Он спрятал боль глубоко в себе и не выпускал наружу.
– Значит, эльфы могут чувствовать присутствие мертвых так же, как и живых?
– Только на кладбище.
Она вспомнила, как впервые увидела путь на кладбище и как Альфреда запретила ей туда ходить.
– Там их души связаны с этой землей. Я часто их навещаю, и иногда они приходят.
– Альфреда сказала, что мне запрещено бывать на кладбище. Это единственное место, куда мне запретили ходить, но я не знала почему.
Кэллон медленно повернулся и посмотрел на Кору. Его глаза были такими сухими, что напоминали треснувшие кусочки сгоревшего хвороста.
– Я серьезно раздумывал о Церемонии Духов, потому что по эту сторону жизни для меня ничего не оставалось. Но недавно все изменилось.
Его лицо все так же ничего не выражало, но, казалось, во взгляде появилось что-то, чего не было прежде.
– Я разрываюсь, Кора. Я служил королеве и Эден Стар тысячи лет. Я бы отдал за нее свою жизнь и сделал это без колебаний. Но еще я предан свой семье. Это молчаливая, но нерушимая связь. Итак… мне нужно тебе кое-что сказать, и ты должна пообещать мне, что это останется между нами.
Стоя на краю глубокой пропасти, Кора чувствовала, что ее вес вот-вот сместится назад и она полетит вниз с горы. Не в силах вымолвить ни слова, она просто кивнула. Тяжесть этого разговора сдавила ей грудь.
Кэллон снова посмотрел вперед.
– Королева Дэлвин не хочет, чтобы я кому-то об этом рассказывал, потому что это ее компрометирует. Ее покойный муж давным-давно погиб в бою. Она сменила его на посту правителя, потому что считалось, у него нет детей. Но на самом деле это не так. Ты – его дочь.
Он медленно повернулся к Коре, и его глаза встретили ее удивленный взгляд.
– Он был моим братом, так что получается, что я – твой дядя.
Кора сжала кулаки и вдохнула так глубоко, что заболели легкие. Нащупав пальцами деревянное кольцо, она сделала еще один вдох и осознала связь между ними так, как еще не осознавала раньше. Он взял ее под свое крыло, потому что они были связаны кровными узами. Он заботился о ней, когда все остальные отвернулись. Потому что они были семьей.
– Я всегда хотела узнать, кто мои родители, но знать, что у меня есть ты – это… самая лучшая новость, которую я слышала за долгое время.
Медленно его взгляд опустился, смягчаясь. Суровый и неприступный мужчина вдруг изменился в лице. Его плечи расслабились. Казалось, он почувствовал то, чего не чувствовал уже очень долгое время.
– Ты – моя семья, – прошептала она. – Я… у меня есть семья.
Его глаза на мгновение закрылись, как будто эти слова пронзили его сердце стрелой.
Потребовалось несколько вдохов, чтобы Кора оправилась от шока и осознала, какое огромное счастье досталось ей в наследство. Ей следовало бы задать миллион вопросов о своем отце, эльфийском короле. Но он был мертв, и она уже никогда его не встретит. Но прямо сейчас рядом с ней был мужчина, который стал ей и отцом, и другом.
