Подняв веки, я столкнулся с напряжённым взглядом Родиона, в котором сквозил откровенный страх, и усмехнулся.
— Небольшая ментальная ловушка. Всё в норме.
Договорив, сразу попытался встать. Внезапно поняв, что это не так уж и просто. Дело было даже не в том капкане, куда недавно угодило моё сознание. Причиной стала трофейная сила. Я поглотил практически всё, что было в божественной искре навки. И теперь моё тело пыталось это переработать.
Столп Изначальной силы был раскалён так, как будто его только что отлили из расплавленной стали. Сгусток божественной мощи, что вращался вокруг него, то и дело порывался выбросить нити. Дотянуться до ближайших каналов и пропитать всё моё тело. Общий уровень разбалансировки был таким, что любой целитель пришёл бы в откровенный ужас.
Внутренне матеря себя за то, что неверно оценил силу противницы, не предположив, к чему может привести поглощение такого объёма мощи, я немедленно взялся за дело. Развернул ещё одну стабилизирующую лигату, изолировал божественную искру, отсекая её нити-щупальца, и принялся за укрепление энергетических каналов. В процессе взглянул на божественного повара, который до сих пор осторожно на меня смотрел.
— Как долго я был без сознания?
Тот момент задумался, а сбоку зазвучал бас Велимира:
— Минуты три. А может, и пять. Я пока не выпью, во времени ориентируюсь с трудом.
Слабо усмехнувшись, я продолжил работу. А вот Родион осторожно уточнил:
— Она тоже была богиней?
Рядом хмыкнул косматый верзила, от которого сразу же потянуло интересом. Я же слегка наклонил голову.
— Была. Когда-то.
Юноша покосился на стену, перепачканную клочьями плоти навки. Я же после короткой паузы добавил:
— Здесь она оказалась не по своей воле. Кто-то счёл такое заточение неплохой альтернативой казни
Парень снова посмотрел на меня.
— Её заставили здесь остаться? Заперли?
Поморщившись от нестерпимой боли, которая волной прокатилась по телу, я кивнул.
— Не просто заперли. Подчинили и изменили. В конце концов, сделав такой.
Вот теперь Родион замолк. Я даже догадывался, о чём сейчас размышляет парень. Скорее всего, его мысли крутились вокруг двух вещей: наличия в империи столь сильного божества, что оно способно легко подчинять подобных ему, и вероятности того, что этот неизвестный может оказаться его отцом.
Последнее я бы со счетов не сбрасывал. Порой боги шли на всё, чтобы обеспечить себе силу и власть. Включая куда более жестокие варианты.
Спустя ещё пару минут я наконец поднялся на ноги. Осторожно и придерживаясь рукой за стену, но тем не менее, вполне уверенно выпрямившись.
Ровер, который умчался из комнаты сразу после того, как я открыл глаза, передал ментальный импульс. Пёс успел пробежать по всем комнатам цитадели, благополучно избавившись от тех нескольких навей, что по какой-то неведомой причине избежали столкновения с нами. Крепость была чиста.
В теории, я мог прямо сейчас приступить к процедуре очищения. Уверен, в лесах ещё оставались изменённые животные. А может быть и бродили отдельные навы. Но серьёзной помехой они бы не стали.
Вот только имелся один нюанс — чувствовал я себя настолько ужасно, что любая дополнительная нагрузка могла запросто спалить разум. Или разнести в мелкую кровавую пыль моё тело. Не самое приятное развитие ситуации.
Поэтому эту задачу я отложил на утро. А прямо сейчас мы покинули цитадель, двигаясь обратно к лагерю.
Оба соратника молчали, погружённые в свои мысли. Божественный повар наверняка размышлял о сородичах и могу поспорить, прикидывал шансы того, что мы только что убили его сестру по отцу. У Велимира всё было куда прозаичнее — судя по тем эмоциям, что просачивались наружу, здоровяк банально мечтал о выпивке.
Атаковать нас больше никто не пытался — мелкие животные, что смогли избежать гибели, старались держаться в тени. В отличие от собранных из чужих останков навей, которые в своём большинстве были абсолютно искусственными конструктами, животные сохраняли старую память. По крайней мере, какую-то её часть. И уж точно получили в наследство от самих себя инстинкт самосохранения. Из-за чего сейчас благополучно прятались, стараясь не показываться нам на глаза. Что не избавляло их от вездесущего Ровера — золотистый ретривер носился по всей округе, разрывая в клочья всё, что видел. С одной стороны пёс развлекался, с другой — насыщался трофейной энергией.
В конце концов мы выбрались за пределы гнезда, оказавшись под самыми обычными, пусть и пожухлыми из-за такого соседства, деревьями. Спустя ещё десяток минут, уже подходили к лагерю.
Откуда доносились звуки, больше приличествующие вечеринке на открытом воздухе, чем полевой стоянке военного отряда. Смех, громкие голоса и отчётливый звон бокалов, разносящийся по округе так далеко, что мы уловили его на весьма приличном расстоянии. Услышав последнее, Велимир немедленно взбодрился и принялся нетерпеливо поглядывать на нас, явно желая ускориться и как можно быстрее оказаться на месте.
