Идти нам оставалось недолго, так что спустя пару минут наша троица оказалась на границе лагеря. На миг замерев перед защитным барьером, который окружал весь большой луг, я спокойно шагнул вперёд. Княжеские дружинники, что устанавливали оборонный периметр, настроили его на наши оттенки силы, позволяя безболезненно пересекать, в случае необходимости.
Часовой, который с угрюмым видом двигался вдоль барьера, обходя его с внутренней стороны, на наше появление никак не отреагировал. Лишь горестно вздохнул, наблюдая, как мы шагаем к разведённому в двадцати метрах от аэролётов костру.
Остальные обратили на нас внимание только в момент, когда до костра оставалось совсем недалеко. Первым обернулся один из дружинников. Следом за ним повернулось ещё несколько голов. А потом подняла свои глаза княжна. Прищурившись, впилась в нас внимательным взглядом и, подождав, пока окажемся ближе, заговорила:
— Кого вы там убили? Выплеск силы был такой, что я даже здесь почувствовала.
Правила, касающиеся нераспространения информации, я напомнил соратникам ещё по дороге. На тот случай, если кто-то из них решит поделиться историей, поддавшись эмоциям. Так что в ответ на вопрос княжны оба молча отвели глаза в сторону. Если быть более точным — Родион уставился в сторону леса, а вот Велимир пожирал взглядом два ящика бутылок, что стояли сбоку от костра.
Сам же я пожал плечами:
— Ничего интересного. Обычный сильный упырь. Учитывая, сколько времени эта крепость провела внутри очага заражения, вполне ожидаемо.
Подойдя ближе, обнаружил, что костёр развели не просто так. Люди Морозовых жарили на нём мясо. А в стороне лежала оленья туша.
Взглянув на которую, я притормозил, непонимающе рассматривая добычу. Спустя пару секунд на моё поведение обратили внимание, и воздух огласил смех сразу нескольких мужских глоток. После чего зазвучал голос одного из старых дружинников:
— Я тоже изумился, когда увидел. Думал, это байки всё гусарские, что друг другу под кружку пива рассказывают. Ан нет, правдой всё оказалось.
Отведя взгляд от туши животного, которая была щедро напитана Изначальной силой, я посмотрел на солдата, прикидывая, как бы так сформулировать вопрос, чтобы не выдать своей тотальной неинформированности о легендах про Бестужева. Если со всем остальным разобраться было не так сложно, то вот про гусара в газетах почти ничего не писали. И в книгах фамилия Бестужевых практически не упоминалась. А если где-то и мелькала, то исключительно с точки зрения покупки или продажи земель, да подвигов во время войн империи.
Впрочем, придумывать ничего не потребовалось. Буквально через секунду после того, как замолк первый дружинник, в воздухе раздался голос ещё одного:
— Его Благородие никогда оружие не использует. Всегда голыми руками с добычей бьются. И силу ей даёт, чтобы шанс, значится, был.
Я перевёл взгляд на самого гусара, который с расслабленным видом сидел около костра, и внутренне удивился. Безусловно, личные особенности у людей были разными. Как говорил один мой знакомый — каждый из тех, кто нормален, на самом деле немножко псих. Только по-своему. И так хорошо это скрывает, что никому не понять. Тем не менее, концепция, в которой Пробуждённый накачивает оленя силой, а потом сходится с ним в рукопашной схватке, чтобы свернуть шею, казалась мне немного странной.
Я сделал ещё пару шагов, подходя к костру. А сам Бестужев повернул голову. Скользнув взглядом по нам с Велимиром, задержал его на Родионе. Присмотрелся. И неожиданно поинтересовался:
— Слушай, а ты умеешь готовить мясо?
Вопрос звучал полностью невинно, но я сразу же сделал ещё один шаг вперёд, заговорив первым.
— Боюсь, сейчас мы хотим просто отдохнуть.
Бросив взгляд на костёр, на котором уже жарили новую порцию мяса, нанизанную на стальные шампуры, добавил:
— К тому же, у вас и так всё отлично.
Настаивать гусар не стал. Лишь пожал плечами и отвернулся к костру. После чего потянулся к бутылке вина, снова наполнив свой бокал. Я же уловил ментальный импульс Ровера. Псу военный нравился всё меньше. Правда, в основном из-за того, что зверь был вынужден бегать по окрестным лесам без всякой надежды полакомиться жареным мясом. Но, в целом, ретривер мыслил в верном направлении. Гусар вёл себя максимально подозрительно. Сначала он смог рассмотреть призрачного зверя, а потом позволил себе намёк о том, что способен видеть божественную суть Родиона. Более того — уловить его «специализацию», если это можно так назвать.
В итоге, занимая место около костра, я испытывал не самые позитивные эмоции. А в голове бурлила целая груда мыслей. Но больше никаких попыток провокаций Бестужев не предпринимал, а атмосфера оказалась неожиданно комфортной. Настолько, что даже княжна расслабилась и спокойно смотрела, как её дружинники накачиваются вином.
Последнее, к слову, приволок гусар. Как выяснилось, нобиль по полной использовал свободное пространство на борту аэролёта. Прихватив с собой солидное количество алкоголя и, судя по его словам, немало иных вещей.
