Командование вермахта с лихорадочной поспешностью начало осуществлять систему мероприятий, с тем чтобы оказать нажим на народ и правительство Англии. 16 июля Гитлер подписал «директиву № 16 о ведении войны», более известную под названием «Морской лев». Характерно, что за три дня до этого на совещании с командованием сухопутных сил в Бергхофе Гитлер вновь подчеркнул нежелательность в данной обстановке дальнейшего ведения войны против Англии. Директива начиналась с заявления о том, что Англия «не дает еще признаков готовности к соглашению»9, поэтому следует подготовить против нее «десантную операцию и, если окажется необходимым, провести ее». Целью этой возможной операции являлась «полная оккупация английской метрополии», а сама операция представлялась в виде внезапной высадки немецких войск на южном побережье Англии, причем авиация играла бы роль артиллерийского прикрытия. Примечательно, что наряду с планами тотального вторжения в Англию предусматривалась и возможность проведения операции, ограниченной по масштабам, — оккупация острова Уайт или побережья графства Корнуэлл.
На следующий день, после того как Гитлер подписал план «Морской лев», главное командование сухопутных сил издало директиву, где предусматривалось участие в операции трех армий. Однако затем, как свидетельствует фельдмаршал Паулюс, численность сухопутных сил, на которые возлагалась подготовка к операции «Морской лев», сократилась на 1/310. 1 августа последовала новая директива Гитлера (№ 17), которая, по существу, не столько дополняла, сколько подменяла предыдущую. В качестве «необходимой предпосылки окончательного сокрушения Англии» предусматривалось ведение в более острой форме, чем до сих пор, морской и воздушной войны против английской метрополии.
Не свидетельствует ли это о том, что и после утверждения плана «Морской лев» политические аспекты отношений с Англией продолжали оставаться для нацистского руководства решающими?
Нацистский фельдмаршал Рундштедт утверждает, что «Гитлер никогда серьезно не думал о вторжении в Англию»11. Бывший начальник штаба группы армий «А» Блюментритт свидетельствует, что никто из нацистских генералов не принимал директивы «Морской лев» всерьез. Фельдмаршал Паулюс, касаясь планов высадки в Англию, пишет, что «главную цель Гитлер видел не в разгроме Англии» и что «приказы относительно действительного проведения операции (речь идет о «директиве № 17». —
Весьма показательна и секретная переписка Гитлера с Муссолини. Полагая, что Гитлер намерен расправиться с Англией, а затем уже обрушиться на Советский Союз, Муссолини 26 июня 1940 г. писал Гитлеру, что Италия готова принять непосредственное участие в «штурме острова» и направить для этого необходимые сухопутные и воздушные силы. Однако Гитлер отклонил его предложение. Не поняв смысла отказа, Муссолини предложил использовать против Англии «новые весьма мощные и скоростные самолеты»13, но Гитлер отказался и от авиации. Все это он потребует от Муссолини год спустя— для нападения на Советский Союз.
Конечно, было бы неверно утверждать, что у Гитлера не было намерений высадиться в Англии. План «Морской лев» не был блефом, но сроки его осуществления гитлеровцы ставили в прямую зависимость от хода подготовки и развертывания агрессии против Советского Союза. В тот момент важно было нейтрализовать на время Англию; к этой цели различными путями и стремилось руководство нацистской Германии.
6 августа 1940 г. Геринг провел совещание руководящих чинов немецко-фашистских ВВС, на котором было намечено 10 августа начать операцию «Адлер» — террористические налеты на Англию. Из-за плохой погоды операция началась 15 августа. Подводя первые итоги операции, Геринг в приказе от 19 августа заявил: «Мы достигли решающего момента в воздушной войне против Англии. Нам необходимо направить все силы, имеющиеся в нашем распоряжении, на разгром неприятельских воздушных сил». Три недели самолеты беспрерывно бомбили английские аэродромы и самолетостроительные предприятия. В ходе этой операции погибло большинство английских истребителей. Впоследствии на секретном заседании палаты общин 23 апреля 1942 г. Черчилль признал, что «в 1940 году армия вторжения примерно в 150 тыс. отборных солдат могла бы произвести смертельное опустошение в нашей стране». Немецко-фашистский вермахт насчитывал в то время не 150 тыс., а 4 млн. солдат и офицеров.
«Сразу после Дюнкерка,— говорил Иден советскому послу в Лондоне И. M. Майскому,— положение было ужасное; триста с лишним тысяч людей, вывезенных из Франции, представляли собой просто толпу патриотически настроенных, но совершенно дезорганизованных и невооруженных людей» 14.
Однако гитлеровцы не спешили с операцией «Морской лев». Срок ее начала переносится с 15 сентября на 21, а затем на 24 сентября и наконец на 12 октября.
