Вот на самом пике страсти Мальчиша и вставило. До этого постепенно нараставшее неопределённое чувство вполне определилось и выразилось в её голове. «Малити… Малити!..», она учащённо дышала и целовала лицо вновь сидящей перед нею на корточках красивой женщины, «Я уже поняла… Малити!.. У тебя пизда вкусная… Нет, не это… Малити!.. Я люблю тебя!.. Давай поженимся хоть на эту неделю, пока не приедут эти мудаки!..».
– Что такое “эти-мудаки”? – ласково улыбалась Малити, глядя прямо в большие голубые глаза, и пытаясь поймать за нижнюю губку целующий её ротик Мальчиша.
– Я тебе потом объясню… там… дома… Ты согласна ведь? А? – Мальчиш уже страдала в муках любви своего нового романа.
– Согласна, конечно… Я тоже тебя люблю!.. – Малити рассмеялась и всё-таки впоймала Мальчиша за губку.
– Врёшь!? – Мальчиш капризно вырвала эту губку, пытаясь тут же её надуть. – Когда это ты успела влюбиться в меня?
– Правда-правда… – Малити продолжала смеяться, уже покусывая Мальчиша за розовеющую щёчку. – Я ещё раньше тебя влюбилась… Как только увидела… Я уже любила тебя, как сумасшедшая, пока ты сосала тут хуй…
– Кла-а..ссс-с! – Мальчиш испытывала чувство стихийной эйфории, когда кто-нибудь влюблялся быстрей, чем она сама.
Она подставила лицо поцелуям влажных горячих губ Малити и вся прижалась к её упругим сиськам в греющем нежном трепете.
– Тогда пойдём хоть кого-нибудь отъебём в этом сортире! – вновь рванул из Мальчиша на радостях древний сленг, и Мальчиш покачала головой на возникший вновь в глазах Малити вопрос: «Бедная девочка, ты совсем не понимаешь по человечески!..».
На что “бедная девочка” просто сгребла её со стульчака и потащила в душевую. Мальчиш ещё успела оглянуться на остававшихся посетителей: «Они ещё не ебутся?». Нет, они ещё не еблись. Подросток-самоудовлетворитель уже куда-то подевался, но зато рядом с кабинками щебечущих девушек стоял, сжимая в руках своё веское кресалово какой-то астронавт, и пока он ссал в настен-писсуар, щебет в соседних кабинках за прозрачными стенками значительно поприутих…
В душевой было более оживлённо. Через большие хрустальные окна утреннее солнце заливало параллельные ряды кабинок, на входах которых там и тут висели сброшенные одежды моющихся посетителей. Правда эродатчики почти у всех находились в спокойном потушенном состоянии, но Мальчиша уже трудно было остановить – когда она искала, то редко не находила. За одной из стеклянных дверей мускулистый намыленный торс покачивал таким крепким поднадутым членом, что Мальчиш чуть не качнулась в его сторону: «Дяденька, дай по…». Она резко оборвала себя на полумысли и строго себе подумала: «Достала уже с этим “дяденька дай”! Никогда больше этого не скажу. Хоть три дня. Как соска несовершеннолетняя себя ведёшь! Там же тишина полная! Может, просто от купания встал немного, а ты…». Дав суровый обет, Мальчиш чуть поуспокоилась и прижалась к телу покачивающей голыми бёдрами Малити. Теперь её интересовали только две вещи на свете: вьющийся тёмными кудряшками лобок Малити и хоть один активированный эродатчик бы на эту ё.. душевую. Когда характерное попискивание донеслось в одной из кабинок по пути их следования Мальчиш чуть не взвизгнула от радости. За прозрачной стеклошторкой купалась девушка с мокрыми до пояса белыми волосами. Эродатчики на её мизинцах были в хлопьях пены, но и из-под хлопьев был отчётливо виден синий свет предпочтения.
– Вот, блин! – Мальчиш в явной растерянности стояла на пороге распахнутой кабинки, с удовольствием и нарастающим сожалением взирая на изящное полупрозрачное тело и большие карие глаза девушки. – Ну почему я сегодня забыла страпон?!!
«У меня есть…», девушка смущённо потянулась к своей сумочке, и у неё чуть порозовели щёчки и эродатчик на правом мизинчике. Малити весело улыбалась и двумя пальчиками теребила клитор, глядя, как Мальчиш торопливо встраивает и активирует электронный страп в своей вульвочке. А Мальчиш уже уговаривала смущающуюся девушку «посильнее прогнуться». Девушка ухватилась за никелевые держатели где-то почти у себя под ногами, и Мальчиш нетерпеливо завозилась попкой над её выгнутой навстречу спинкой.
– Хорошее моё нежное очарование! – улыбалась Малити Мальчишу. – Ты же даже не дала девочке вымыться!
