Ах да, забыла еще генерала Гранта, думавшего, что при помощи своих танков он победит крыс, а теперь выступающего за применение атомной бомбы.
Я забираюсь на левое плечо своей служанки.
– Каким вы представляете себе будущее, Натали?
– Думаю, мы найдем обетованную землю и там забаррикадируемся. Я доверяю Джессике. Современная электроника, которую мы найдем в «Бостон Дайнемикс», поможет нам воссоздать подобие университета Орсе, только со значительно усиленными мерами безопасности. Мы обоснуемся в маленьком анклаве и там сможем отбивать атаки крыс.
– И как долго? Аль Капоне, как теперь известно, развернул фермы воспроизводства для бесконечного изготовления солдат. Их используют как смертников с единственной целью – измотать неприятеля. Сейчас Тамерлан пользуется этой системой, заложенной его предшественником. Кто помешает ему соорудить мосты из трупов и преодолеть по ним оборонительные порядки нашего маленького анклава?
– Бастет, ты считаешь, что Тамерлан нападет на нас в Бостоне?
– Он займется этим, когда установит свой «крысиный мир». Он будет из принципа сокрушать любое сопротивление. Такова проблема тоталитарных систем: им необходима перманентная внешняя экспансия как средство мобилизации их войск. Победив всех своих врагов, они переходят к внутреннему подавлению.
– Как я погляжу, ты в теме. Откуда ты все это взяла?
– Из РЭОАЗ. Хороший пример – диктатура Мао Цзэдуна с его «культурной революцией».
– Не спорю, но мы не строим иллюзий, – уверяет она меня. – Против миллиона крыс ничего не сможет сделать никакая технология, даже самая передовая.
– Мне не нравится идея сдерживать атаки врага, не помышляя ни о чем, кроме обороны. На мой взгляд, необходимо перехватить инициативу.
– Каким образом?
– Не вы ли утверждали, что воображение решает любые проблемы?
– В этот раз мы имеем дело с неприятелем, которого трудно сдержать.
Сидя на плече своей служанки, я ломаю голову.
Моя мать говорила: «Нам выпадают только те испытания, которые мы в силах преодолеть». У меня такое чувство, что решение близко, надо только напрячь воображение. Я должна вспомнить все прошлые события и хорошенько поразмыслить. Как бы я не проглядела что-то важное, содержащее решение. Что-то, что, как говорят люди, «лежит так близко, что не бросается в глаза».
То-то я ничего не разгляжу!
В нескончаемом пути на север я опять возвращаюсь ко всем подробностям своей собственной жизни. К сражениям, победам, поражениям, путешествиям, беседам с Тамерланом…
Снова припускает дождь.
Я знаю, что если не нащупаю большую идею, то и мы, кошки, и они, люди, исчезнем – медленно, но верно.
Что произойдет, если человечество разом исчезнет?
Через десять дней: от голода умрет сельскохозяйственный скот.
Через месяц: из-за остановки систем охлаждения атомных электростанций сердечники реакторов расплавятся и взорвутся, что приведет к цепочке «Чернобылей». От радиации погибнут наиболее уязвимые виды.
Через полгода: сойдут со своих орбит спутники, начнется «спутникопад».
Через год: в зонах умеренного климата зарастут человеческие постройки, дороги, жилые и административные сооружения, поля, сады. Усилится облесение, усиленно будет поглощаться углекислый газ.
Через пять лет: снизится температура, зимы станут суровее. В Европе сильно размножатся животные, на которых раньше охотились люди: кабаны, лисы, зайцы, олени, волки, медведи. В остальных экосистемах вступит в свои права биоразнообразие.
Через тридцать лет: рухнут все бетонные здания. Среди развалин поселятся животные. В океанах снова нарастут коралловые рифы. Восстановится численность рыбы, раньше подвергавшейся сверхвылову, в частности тунца и акул, а также дельфинов и китов. Медуз, наоборот, станет меньше.
