Серебряный презрительно фыркнул и с нескрываемым отвращением посмотрел на Арайю: надо же, а мягкотелой понравилось! Яутжа захотелось громко рассмеяться ей в лицо, но та не стоила его внимания. И так слишком долго пришлось возиться с этой дрянью, но так буйно ещё не приходилось забавляться! За всё отыгрался на арианке, наказал по заслугам. Жаль, что она самка, иначе вызвал бы самца на поединок и с удовольствием пронзил чужака копьём, выпустил бы все уманские кишки наружу. Глупая похотливая тварь.
— Прощай… — грустно обронила Арайя.
Яутжа не ответил, просто проигнорировал. То, что недавно произошло на берегу, эта фанатичная Арайя с её грандиозными планами, коварные козни арианцев, его месть, вообще вся эта грязь — Серебряного больше не волновала. Он отключился от всего, полностью сосредоточился только на сыне и с бесконечной нежностью смотрел в его дорогое лицо, мягко улыбаясь.
Обескураженная арианка постояла, подождала чего-то… Совсем не хотелось расставаться с хищником, ведь с ним она познала истинное наслаждение! Что бы ни говорили о самцах яутжа, но этот брутал ей явно пришёлся по вкусу. Наконец, так и не получив никакого отклика, Арайя белым облачком растворилась в воздухе.
Серебряный аккуратно спустил малька с рук и повёл в детскую.
— Сыночек, смотри, эта комната для тебя! Твоя матушка всё здесь устроила с любовью. Я потом тебе о матушке обязательно расскажу, а сейчас ложись и отдохни. Я посижу рядом, моё сердечко.
Детёныш посмотрел снизу вверх ясными глазами, так, словно хотел впитать в себя каждое слово, робко улыбнулся в ответ и доверчиво уткнулся лбом отцу в живот. Серебряный поднял своё милое дитя, прижал к себе и, легонько покачивая на руках, прошёлся с ним по комнате, а после бережно уложил в постель, заботливо укутывая в покрывало.
— Спи, мой родной, и ничего не бойся. Я тебя никому не отдам и всегда буду рядом.
Серебряный Дождь держал маленькую ладошку сына в своей, покуда не услышал ровное дыхание уснувшего детёныша. Две зелёные луны мягко светили в открытое окно, и лучистые звёзды подмигивали как добрые приятели.
Если спустишься вниз по холму, вон там, по тропинке, что вьётся между серыми камнями, то выйдешь к самой кромке леса. И тут же, на просторной поляне увидишь большой светлый дом.
Когда-то этот уединённый особняк построили для семьи Серебряного Дождя. Заботливые руки Лавы наладили весь быт, чтобы будущим детям здесь уютно жилось. Но надежды не оправдались, и мечты развеялись, как дым. Теперь дом стоял в печальном одиночестве, наполненный тоскливой тишиной. Лишь ветер залетал в открытые ставни, да слышался унылый скрип ветвей двух старых деревьев, которые, точно верные стражи, возвышались во дворе. Особняк также был отвергнут и заброшен, как его хозяин. Бедняги превратились в друзей по несчастью и делили незавидную судьбу.
Но вдруг всё изменилось! Ожило и завертелось в весёлом стремительном танце. С утра и до вечера в доме раздавался звонкий смех детёныша и топот маленьких ножек, что вечно куда-то спешили. В каждом уголке поселилась радость, и эта радость ликующим вихрем вырывалась из окон и дверей. Сейчас здесь жили счастливые отец и сын.
Как обещала арианка, через неделю сын Серебряного заговорил сам, да так бойко, словно в детёныше включилась заветная кнопочка. Малёк оказался очень подвижным и большим выдумщиком всяких весёлых проделок. Он вечно что-нибудь изобретал. Энергия из непоседы просто била ключом. Отпрыск не отставал от родителя ни на шаг, бегал повсюду, как хвостик и втягивал в свои детские забавы. При любом удобном случае шустро залезал к папеньке на колени и, ласкаясь, обнимал за шею тонкими ручонками. Похоже, от матери сынок унаследовал не только внешнее сходство, но и любовь к Серебряному, теперь уже как к отцу.
Серебряный Дождь воспрянул духом. Сын вдохнул жизнь в его разочарованную душу. Родные стали неразлучны. Отец брал сыночка с собой на работу в Сферу. Неугомонный живчик уже успел обследовать все ярусы вдоль и поперёк. Только и раздавался со всех сторон весёлый стрёкот да частый топоток маленьких сандалий. Не иначе, у сорванца имелся моторчик в одном месте. В считанные минуты детёныш успевал побывать сразу во многих точках и отовсюду высунуть свою любопытную мордашку. Серебряный дал сыну имя — Блестящий Чёрный Оникс. Хотя арианцы нарекли яутжонка Роном, но тот захотел называться Ониксом, как пожелал отец.
Неожиданно Серебряный обнаружил, что его память не заблокирована. Возможно, из-за сына, иначе как бы он после объяснил себе присутствие малька. Самец вспомнил всё, что раньше испытал у арианцев, и, наконец, смог поделиться прежде скрытой информацией с доктором Ветром. Поведал обо всём в деталях и лишь утаил некоторые пикантные подробности с арианкой. К его рассказу учёный отнёсся с чрезвычайной серьёзностью и срочно связался с Советом Старейшин. Правительство приняло решение отправить к планете Океан эскадру боевых межзвёздных крейсеров на случай военного столкновения. А то, что оно произойдёт, уже никто не сомневался.
