Плененная полностью

Не теряя времени, принц упирается коленом в его горло и со всей силы дает ему кулаком в глаз. Тот ревет, извивается и едва не сбрасывает принца, перевернувшись на живот. Стремительный, как молния, принц выворачивает ему руку под таким немыслимым углом, что тролль орет от боли. Его крик все еще стоит в воздухе, когда принц хватает тролля за волосы и впечатывает лицом в брусчатку.

Тролль обмякает, лежа щекой на камне.

Принц поднимается, поводит плечами, неспешно заглаживает назад длинные волосы. Поворачивается к нам.

Кривит губы в усмешке.

– Это был самый короткий соромскунар в моей жизни. Сказать по правде, я немного разочарован. Кто-то еще хочет выйти один на один?

Тролли обмениваются взглядами и скопом бросаются в атаку.

Усмешка сходит с лица принца. С его губ срывается одно-единственное слово – ругательство, верно. Я не слышу его за взрывающимся в ушах топотом каменных ног. В следующую секунду тролли полностью скрывают от меня принца. Мне видны лишь их массивные бугрящиеся тела, летающие кулаки, стучащие ноги, раззявленные в гневном рыке пасти. Двое троллей вдруг падают, сбивая с ног остальных – точно костяшки домино, только воющие и с конечностями.

Из этого клубка появляется принц. Его ниспадающие рукава разорваны, волосы растрепаны. Он бежит ко мне, уходя из-под ударов каменных кулаков, и подхватывает на ходу свой меч. Я спешно поднимаюсь на ноги, как раз когда он оказывается рядом со мной.

– Прогуляемся, дорогая? – хватает принц меня за руку.

Мы стремглав удираем. У меня каким-то чудом открывается второе дыхание – возможно, принц воздействует на меня своей магией, вливая ее через ладонь. Как бы то ни было, я несусь так, как никогда в жизни не бегала, не отставая от принца. Он петляет по улицам и между зданий, выбирая проулки и неизменно направляясь вверх.

Мы добегаем до конца одного переулка, и принц, остановившись, выглядывает на улицу. Где-то невдалеке перегавкиваются тролли. Принц выходит из проулка и останавливается возле стены. Я впервые за долгое время набираю наконец полную грудь воздуха. И как только выдыхаю его, слова сами срываются с губ:

– Вы не можете приказать им оставить нас в покое?

– По-твоему, они бы послушались? – поворачивается ко мне принц.

И, не вдаваясь в объяснения, тянет меня за собой дальше.

У меня вырывается стон, но я заставляю себя переставлять ноги и делать один болезненный шаг за другим. Дойдя до конца этой улицы, мы поворачиваем на другую, но принц вдруг грубо дергает меня назад.

– Туда! – Он чуть не волоком тащит меня к ближайшей двери.

Мы встаем в дверном проеме, и принц делает круговой жест рукой, бормоча слова заклинания. Затем толкает меня к стене и, упершись в нее ладонями по обе стороны от меня, прижимается к моему телу. Губами он почти касается моего лба, согревая теплым дыханием кожу.

– Что… – начинаю я.

– Тш-ш! – шикает он.

Стена за моей спиной сотрясается, камень под ногами идет ходуном. Сжав зубы и закрыв глаза, я ощущаю волну пробегающих мимо нашего крошечного убежища троллей. Их много. Гораздо больше, чем гнались за мной первоначально. «Бух», «бух», «бух» их шагов эхом отскакивает от стен окружающих зданий, оглушая и сокрушая. Так и чудится, что дома потрескаются и рухнут, погребя нас заживо.

Грохот постепенно стихает, а вместе с ним перестает трястись все вокруг. Я рвано дышу, прижавшись спиной к стене. Приоткрыв глаза, вижу острую скулу принца, оглядывающегося через плечо. Его руки почти соприкасаются со мной, и, клянусь, я чувствую биение его сердца.

Принц резко поворачивается лицом ко мне, задевая своим носом мой. Чуть отстранившись, заглядывает мне в глаза.

– Ну и ну, дорогая, – с деланым смешком произносит он.

Я смотрю на него, не моргая и ничего не говоря. Затем, мотнув головой, ахаю.

– Лир!

– О служанке не волнуйся. Сейчас хрораркам нужна не она, а ты.

– Кто они такие?

– Следующие Древними Путями. По-вашему, фанатики. – Принц улыбается, пожав плечами. – Они не принимают меня своим правителем. И никого не примут, кроме тролля. Больше всего хрорарки ненавидят библиотекарей. Они предпочтут, чтобы рейфы от Веспры камня на камне не оставили, нежели позволят людям жить среди них.

Принц вытягивает шею, чтобы снова выглянуть за пределы скрывающего заклинания, в которое нас заключил. Воспользовавшись этим, я толкаю ладонями его в грудь.

– Они вроде ушли? – шепотом спрашиваю я.

Мои слова еще звенят в воздухе, когда земля опять начинает сотрясаться. По улице бежит новая волна троллей, и вновь камень под ногами идет ходуном. Принц прижимается ко мне, склонив голову. Его губы почти касаются моего уха, и только поэтому я слышу за грохотом его голос.

– Придется тебе еще немного потерпеть нашу близость, дорогая. Но выше нос! Лучше чуток потесниться тут, чем быть раздавленными троллями.

Я прикрываю веки, пытаясь отрешиться от обволакивающего меня аромата – невероятно пьянящего сочетания чернил, свечного воска и какой-то будоражащей ноздри пряности. Принц меняет позу, упершись предплечьем и локтем в стену, полностью отгородив меня от улицы.