Я смотрю в лицо этого жуткого кошмара. Кошмара, порожденного глубинами моего собственного разума, моей души.
Меня покидают последние остатки храбрости. Ноги подкашиваются, и я опускаюсь на пол в пену серебристо-радужных юбок. Я отчаянно моргаю, пытаясь проснуться, пытаясь вернуть сознание в свое физическое тело. Не выходит. Я в ловушке.
Фигура в конце прохода разворачивается ко мне всем телом. Ее плечи изогнуты под странным углом, руки безжизненно висят. Она склоняет голову набок. Длинные нити от уродливых швов на веках свисают аж до самого подбородка. Шаг за шагом, приближается ко мне.
Этот голос. Он знаком мне так же хорошо, как мой собственный. Я сама наделила им свое творение.
Губы женщины изгибаются в улыбке, но не двигаются, когда ее слова рябью проходят сквозь тени и ласково касаются моего уха.
– Что тебе нужно от меня? – в отчаянии кричу я. По лицу струятся слезы.
Носок к пятке. Носок к пятке.
Шаг. Еще один.
Она вытягивает руку. Манит меня к себе длинными хрупкими пальцами…
Вспыхивает свет. Не призрачно-бледный, а пламенный, ярко-золотой. В конце прохода появляется мужской силуэт. Призрак поворачивается лицом к нему, запрокидывает голову и кричит, пронзенный в грудь пылающим мечом, острие которого выходит у него из спины.
Хрупкое худое тело оседает и исчезает.
Там, где только что был рейф, стоит принц. Расширившимися глазами он всматривается в темноту. Найдя меня взглядом, протягивает руку.
– Быстрей, дорогая!
У меня вырывается всхлип. Я вскакиваю, подбегаю к нему и хватаюсь за его ладонь. Сделав глубокий вдох, чуть не давлюсь рыданиями, когда принц обнимает меня, притягивает к своему сильному телу и…
– Дорогая, ты меня слышишь?
Я, вздрогнув, прихожу в себя.
Перед глазами плывет лицо принца. Когда зрение проясняется, я обнаруживаю, что лежу на полу, среди своих же разметавшихся юбок, в объятиях принца. Он смотрит на меня, и лицо его в свете фонаря над головой очень сурово. Тени за пределами светового пятна не двигаются и не корчатся.
– Я вернулась! – выдыхаю, судорожно вцепившись в одежду принца. – Я вернулась, я здесь!
– Ненадолго, – отзывается принц и, положив ладонь на мою поясницу, помогает мне сесть.
Мне бы перевести дух, но он сразу поднимает меня на ноги. От головокружения меня ведет в сторону. Принц обвивает меня за талию рукой.
– Тихо, дорогая. Тихо. Тебя скоро вновь затянет в Кошмар. Рейф полностью скинул оковы заклинания. Он почти вошел в полную силу.
Нахмурившись, я поворачиваюсь к нему.
– Она не мертва?
– Едва ли, – фыркает принц. – Чтобы покончить с ней, потребуется гораздо большее, чем удар эфемерного клинка. Разве я не учил тебя, дорогая?
Краем глаза я улавливаю движение, разворачиваюсь, и сердце радостно подпрыгивает. Микаэль. А на его плече бессознательное тело Андреаса. В свете фонаря у Микаэля очень бледное и осунувшееся лицо.
– Андреас все еще там! – ахаю я и смотрю на принца. Осознав, что все еще держу его за руку, спешно разжимаю пальцы. – Андреас все еще в Кошмаре. Я не смогла его найти.
Принц мрачнеет.
– Нужно вытащить его прежде, чем мы свяжем рейфа, иначе он тоже окажется в ловушке.
Я озираюсь, хмуря брови.
– Где Нэлл?
Принц не отвечает, и я поворачиваюсь к Микаэлю.
– Где она?
– Не знаю, – отзывается Микаэль. – Мы думали, она с вами, но…
Принц хлопает его по плечу.
– Ты найдешь ее. И прямо сейчас. Нужно найти ее и уж потом разбираться с рейфом. Только сначала отнеси Андреаса на верхний этаж. Используй книжный лифт.
Микаэль кивает и повинуется. Я хочу, чтобы мы пошли все месте, и даже делаю шаг за ним, но принц хватает меня за запястье.
– Не ты. – Он лезет в сумку на своем бедре, достает из нее книгу и – мою книгу и мое перо – и сует мне их в руки. – Быстрей, – торопит он, глядя мне в глаза. – Нельзя терять время. Ты должна записать ее имя. Это тотчас приведет ее прямо к тебе. Тогда я смогу ее связать.
– Ее имя? – пораженно открываю я рот и глупо мотаю головой. – Я не знаю его. Не знаю!
– Ты должна знать.
– Но я не знаю! Я понимаю, что она – мой рейф. Я… я словно
Принц подступает ко мне, приближая свое лицо к моему. В его глазах отражается холодный свет фонаря, отчего взгляд кажется твердым как алмаз. Черты его лица искажены усталостью и болью. И до меня вдруг доходит: он только что использовал человеческую магию. Не сильное заклинание, способное связать рейфа, а слабое, чтобы временно его прогнать. Но и это далось ему крайне тяжело.
– Ты должна вспомнить его, – уговаривает принц. – Ты единственная, кто может нам помочь. Ты должна вспомнить, или мы сможем связать ее только…
Он не заканчивает предложения. Да и не надо. Я понимаю, о чем он говорит. Мы сможем связать ее, только если он использует всю мощь своей человеческой магии.
