Ника не закричала и не попыталась бежать, взгляд ее опустился на грудь, от которой во все стороны расходилось мерное сияние. Медальон. Он появился и здесь! Более того, он светился! Пусть неярко, но освещая все вокруг. Даже здесь, в Суре. Это придало уверенности.
– Свет все еще со мной, – сказала Ника убежденно и зажала лунный цветок в ладони. Не укрыв, а проведя лучи сквозь кулак так, что тот засветился. И тут же отбила второй рукой прыгнувшего на нее паука.
Следом за первым пришли в движение остальные. Но Ника больше не боялась. Отпустив медальон, она взмахнула рукой и волной света отбросила тварей к стене.
Накопленного в ладони сияния хватило только на это. Свет в руке потух, а Ника вдруг разозлилась.
– На кого?! – прогремела она. – Прочь!
И пауки исчезли! Комнате вернулся прежний вид, и Ника обессиленно опустилась на пол. Медальон блекло мерцал.
– Только не гасни, – прошептала она. – Во мне теперь слишком много тьмы. Как уместить в себе и то, и другое?
– Гилмор! – немного придя в себя, позвала она.
– Да, моя Госпожа.
– Госпожа, говоришь? Почему же в покоях твоей Госпожи снуют посторонние? Я не люблю неприятных сюрпризов, Гилмор, и терпеть не могу пауков. А также гадин в корсетах, их насылающих. Так ему и передай: сервис у вас поганый. А я ухожу.
Успокоившись, Ника поняла, что может перенестись даже из этих покоев, чего раньше ей не удавалось. Посчитав свой долг пребывания в замке на сегодня выполненным (пусть попробует возразить!), она переместилась на относительно свободное от последствий тьмы плато и просто летала над ним.
Отправиться в Александрию возможным для себя Ника не видела. Что бы они ни говорили, для путешествующих она стала предательницей, и реакция Сергея показала это весьма красноречиво. Реакция, которая так злила Нику. Не пожелал поговорить, не соизволил выслушать!
«Ну и пусть катится к черту! – зло подумала она. И испугалась собственных мыслей. Ника остановилась и сжала медальон, несомненно хранивший в себе частички света. – Удержи!»
Никто не побеспокоил ее, даже Стефан. И последнее удручало, по четвероногому другу она успела соскучиться.
На свадьбе Ника чувствовала себя потерянной и невольно поглядывала на кольцо. Ёж увидел его сразу, но остальные как будто не замечали кусочка мрака у нее на пальце. С одной стороны, это избавляло от ненужных вопросов, с другой – настораживало. Нике совсем не нравились чудеса, ворвавшиеся в реальную жизнь. Даже светлые. Мир вокруг начинал казаться зыбким как песок в пустыне. Где и в чем искать теперь опору, она не знала.
Праздник, шумный и веселый для других, оставил ее равнодушной. Сидя в стороне и лишь изредка по необходимости улыбаясь, Ника думала о своем.
– Невеста… – прошептала она, вспоминая слова Кирилла и глядя на белоснежное платье невесты настоящей. – Понимаешь ли ты, что предложил?
***
– Она опять ушла? – устало опускаясь на трон, спросил Делур.
– Да, Господин. Посидела немного в своих покоях и перенеслась. Я просил ее дождаться вас, но она…
– Я понял. Что с Эммой?
– Она не появлялась в замке.
– И это спасло ей жизнь, – усмехнулся мужчина. – Эмма далеко не глупа. Не спускай с нее глаз, когда она появится. Можешь передать, что я остыл, но не спускай глаз. И с остальных тоже. Кто-то был внизу.
– Да, Господин.
– Не забывай об этом, Гилмор. Помни, кто твой хозяин.
***
Родители взяли на понедельник отгулы и, прилетев в середине дня в родной город, поехали домой. Ника же, сославшись на возможность успеть на последние лекции, прямо из аэропорта отправилась в университет. Учеба в этот момент интересовала ее мало, но увидеться с единственным, кто мог понять и поддержать ее, хотелось.
Погода стояла прохладная и пасмурная, но по дороге беспокоил Нику не холод. На протяжении всего пути она непроизвольно ежилась, явственно ощущая чей-то взгляд на спине. Неприятное чувство оставило ее только в стенах альма-матер.
Ёж, выслушав сбивчивый рассказ, живо заинтересовался волшебной книгой и предложил почитать ее вместе, на что Ника с радостью согласилась.
Он, как они и условились, пришел вечером, но тотчас приступить к задуманному им не дали. Мама, по всей видимости, решившая, что выдержала достаточную паузу невмешательства, сначала настояла на ужине для гостя, а после оного устроила парню настоящий допрос. Она поинтересовалась и планами на будущее, и квартирным вопросом, и наличием родственников и разве что не попросила показать медицинскую карту. Ника краснела, бледнела и пыталась маму остановить, но удалось ей это не сразу. Благо, Ёж с достоинством и изрядной долей юмора испытание прошел. Во всяком случае, доступ в комнату дочери для него Маргарита Олеговна не закрыла.