Ника не могла противиться силе, потянувшей ее вслед за Ёжом, но взгляд ее до последнего был прикован к краю разрастающейся воронки, где еще недавно лежал Кирилл.
Нет замка, нет его хозяина. Только Тьма.
Ёж перенес Нику в Александрию. Не к Готену, а на окраину, неподалеку от высоких сооружений, высеченных из лунных скал. Удивление, откуда он вообще знает эти места, вспыхнуло и тут же погасло. Какая теперь разница?
А вот серые снежинки, кружащие повсюду, заинтересовали сильнее.
– Что это? – спросила Ника, касаясь одной из них.
– Пепел, – сказала Луиса.
– Пепел? – вскинула Ника брови. И поняла. Если пепел долетел до Александрии, значит, барьера больше нет.
«Но как же?»
– Мы забрали все камни, – тихо произнесла Луиса, отвечая на ее немой вопрос.
– Вы не могли… – прошептала Ника, и картинка сложилась воедино. Камни, нападение на замок, эфир и цепь, которую так и не удалось замкнуть.
– Мы хотели закрыть барьером место выхода Тьмы в Луйир. Запечатать доступ в остальные земли.
– Это же безумие, – не могла поверить Ника. – Безумие…
– Нам пришлось, – сказала Клара, и Ника встретилась глазами с Сергеем. В его взгляде отчетливо читалась вина.
«Он вынудил их», – поняла она.
– План был рисковый и несовершенный, но у нас могло получиться! – сказал Томас, с вызовом посмотрев на Нику. – Барьер все равно пал бы, раньше или позже. Мы просто предпочли попытку медленному угасанию.
– Вы только разозлили ее, – едва слышно произнесла Ника и отвернулась. Ей хотелось кричать, но сил не осталось даже на гнев. Эмоции потухли, не оставив внутри ничего.
Ника видела, как Ёж что-то говорит Юле, как та печально смотрит на нее, а потом берет Сергея за руку и исчезает.
Видела растерянные лица путешествующих, потерявших сегодня главное, за что они боролись. И ей было все равно. Она потеряла не меньше.
***
– Никуль, ты на учебу не опоздаешь?
– Да, мам, спасибо, уже встаю.
– Хорошего дня, солнце, мы ушли.
– И вам.
Ника полежала еще с минуту и встала. Утро встретило унылой серостью. За окном ветер сдувал с деревьев капли недавнего дождя, солнце не показывалось сквозь бурые облака, и в комнате было мрачно.
«Как теперь жить?» – мелькнула мысль и была тут же отброшена. Нике не хотелось совсем ничего. Даже думать.
Постояв немного у окна, она легла обратно в кровать и свернулась калачиком. И пролежала бы так, возможно, долго, если бы в дверь не позвонили.
Пришел Ёж, всклокоченный и помятый.
– Привет. Не видел, как ты ушла. Переживал, – сказал он с порога.
– Привет, – буркнула Ника, пропуская его внутрь. – Проснулась. Все нормально. Спасибо, что вытащил. Как тебе удалось? – все-таки подняла она глаза.
– Силы копил. А потом еще эта легенда из книги. О лунных цветах. Я нашел ее, пока ты спала. Там, конечно, немного о другом, но вдохновила она меня мощно. Давай я тебе покажу.
– Валяй. Только не знаю, где книга, – Ника огляделась, – не помню, чтобы убирала ее.
– Кто-то взял? Сестра?
– Не думаю. Странно.
Ёж нахмурился.
– Расскажу тебе по памяти, во всяком случае, постараюсь. Эту легенду, как мне кажется, тебе необходимо узнать. Лунные цветы – тот способ, которым можно избавить Луйир от тьмы.
– Даже так? От тьмы… Одни уже избавили, и теперь у нее другая марионетка.
– Ника, это еще не конец.
– Что с ним стало? Я не верю, что Кирилл погиб.
– А мне плевать, Ника. Он заслужил и большее.
– Он не убил путешествующих, когда они напали, но мог! Он спас меня и хотел снять кольцо. Разве не шел он этим против Тьмы? Его… На него напали свои же из-за этого!
– Что бы между ними там ни происходило, как бы они ни делили между собой власть, он – зло, Ника. Он повинен во всем, что сейчас происходит в Луийре. И на Земле тоже. Или для тебя это уже перестало иметь значение? Такие как он не меняются, он всегда преследовал свои цели и не более того!
– Я знаю! – прокричала она. – И мне никогда не было все равно! Я всегда выбирала и выбираю свет, но что мне делать, если я люблю его?! Я люблю его, понимаешь? И мне не плевать.
– Ника… – Ёж подошел и обнял. Потом заставил посмотреть на себя, провел пальцами по щекам, смахивая слезы, и сказал: – Прости. Я истукан. И я на твоей стороне в любом случае.
– Спасибо, Ёж, это важно для меня. – Они постояли еще немного, а потом Ника попросила: – Расскажи, как Юля оказалась в Луйире? Мне почудилось или ты уже видел ее там раньше?
– Так и есть. Кто бы мог подумать, что Юльчонок окажется таким первоклассным летуном. Я не мог тогда оставаться в Луйире надолго, а Юля, судя по всему, воспринимала происходящее наполовину бессознательно. Просто не могла поверить, что это не сон. Собственно, это и помогло ей достичь таких высот в обучении, как я думаю.
– То есть ты учил ее?
– Ну… Можно сказать и так. Объяснил кое-какие принципы, рассказал, что она может там все, на что хватит ее воображения. У нее с самого начала не было этого барьера «не верю, что смогу», поэтому все удавалось с невероятной легкостью. Она просто играла, забавлялась. Ну и этот ее неунывающий оптимизм.