– Лично мне ничего, но Курт считает, что вы опасны, можете помешать. Ну а Эмма, думаю, ты догадываешься, грезит с тобой разделаться. И, поверь, для тебя будет лучше, если это сделаю я, а не она.
– Не надо делать то, о чем потом пожалеешь, – сказал Еж, пятясь.
– Поздно. Я слишком глубоко увяз, чтобы отступать. Не стоило вам, ребятки, высовываться.
Прозвучавшее сразу за этим «Ника, беги!» было воспринято мозгом как приказ, и прежде, чем сообразить, что делает, Ника рванула в сторону обветшалых бараков.
– Как глупо, – рассмеялся Марат, и послышался рык.
«Действительно глупо», – усмехнулась она про себя. От добермана не убежишь.
Споткнувшись, Ника упала и рефлекторно заслонила лицо руками.
В небе опять сверкнуло. Раздался громовой раскат, от которого, казалось, содрогнулась земля. И больше ничего.
Ника медленно отвела руки. Ганг заскулил и, виновато прижав уши, попятился.
«Увидел кольцо?» – мелькнула мысль и исчезла. За спиной добермана дрались мужчины.
В очередной вспышке блеснул нож, и Марат вырвался из захвата. Оглянувшись на Нику, он нырнул в густые заросли, растущие вдоль дороги.
Ёж, проводив его взглядом, посмотрел на Нику и упал.
– Господи, пожалуйста, помоги! Если кровь алая, пульсирует – задета артерия, наложить жгут сверху кровотока; если багровая – вена, тогда – давящую повязку, – судорожно вспоминала Ника. – И чем это поможет, если он ранен в живот?!
– Выкарабкаюсь, – прошептал побледневший Ёж и прикрыл глаза.
– Ёж, держись, миленький! Сейчас!
Нику била крупная дрожь, телефон скользил в мокрых от крови руках. Она обтерла ладони об одежду и набрала 112 добавочный 3.
– Ножевое ранение, он истекает кровью, пожалуйста…
Самым трудным оказалось собраться и объяснить хотя бы приблизительное их местоположение.
Пока скорая ехала, Ника, постукивая зубами, старательно заговаривала зубы Ежу.
– Что же это за место богом забытое, где не одной машины! – бормотала она, крепко прижимая ладони к ране. – Куда-то же ехал чертов автобус! Знаешь, что? Больше никаких сомнительных заклинаний и странных магических книг! Результат мне не нравится!
Ёж слабо улыбнулся и тут же закашлялся.
– Я его убью. Найду в Луйире и убью.
Медики приехали минут через пятнадцать. Их слаженные профессиональные действия немного успокоили Нику, а вот природа, напротив, разбушевалась. По дороге в больницу невинная гроза успела перерасти в настоящий ураган. Порывы ветра ощущались даже в машине, которую буквально швыряло из стороны в сторону.
Ника, на которую никто не обращал особенного внимания, добежала вслед за каталкой с Ежом почти до самой операционной, но в последний момент ее вдруг потянуло в противоположном направлении. Зов был такой силы, что как бы ей ни хотелось остаться с другом, она не могла противиться.
Она быстро шла по однотипным белым коридорам, сливающимся перед глазами в размытую картинку. Свет временами моргал, и издалека слышался приглушенный грохот. Когда Ника добрела до той самой, несомненно нужной ей двери, свет мигнул, и она проскользнула внутрь. И сразу увидела его. Бледный, весь в каких-то трубках, почти неузнаваемый он лежал на высокой больничной койке.
– Кирилл… – выдохнула она, и слезы побежали по щекам.
Громыхнуло, и от порыва ветра задребезжали стекла. Свет на мгновение погас, отчего приборы, к которым был подключен Кирилл, истошно запищали, но, к счастью, заработали снова.
– Перестань, – сказала Ника, глядя в окно.
Она отчего-то знала – буря услышит ее.
– Гроза стихнет, – прошептала она и шагнула к Кириллу.
Только один шаг, и дверь отворилась, пропуская в палату медсестру.
– А ты как здесь оказалась?! – воскликнула та. – Посторонним сюда нельзя!
– Я не посторонняя.
– Врач? Нет? Тогда прошу, – и она указала на выход.
Ника замерла, переводя взгляд с медсестры на Кирилла.
– Ну же, – нетерпеливо повторила женщина, и Нике пришлось повиноваться.
– Постой, – спохватилась медсестра, когда Ника уже открыла дверь. – Ты его знаешь?
– Да, – нерешительно ответила Ника, обернувшись.
– О, тогда сможешь помочь! Он поступил без документов, и его личность пока не установили. Пойдем-ка.
– Боюсь, не смогу, – поколебавшись, твердо ответила Ника. – Мы познакомились в интернете и называли друг друга только по никам. Это тренд такой сейчас. Имени даже не знаю.
Медсестра приподняла брови. Ника понимала, что несет чушь и выглядит глупо, но куда больше ее волновала безопасность Кирилла. Пока он остается безымянным, Марату и Курту найти его будет сложнее.
«Я вернусь», – бросив последний взгляд на Кирилла, мысленно сказала Ника и вышла из палаты.
Обежав половину больницы, она смогла выяснить, что Ежа оперируют, и его жизни уже ничего не угрожает.
– Поезжайте домой, увидеть его вам все равно сегодня не дадут, – сказала ей участливая медсестра, и Ника внезапно осознала, что понятия не имеет, где находится и как добираться до дома.
В мобильном обнаружилось десять пропущенных вызовов от мамы. Пришлось звонить и сознаваться, что с Ежом случилась беда. Мама не стала охать и ругать за беспечность, а прислала папу забрать ее.