Но она не была уверена, что сможет в этом убедить саму себя, не говоря уже об этой проницательной женщине. Что у нее нет никаких чувств к альфе, даже если это только похоть.
— Даю вам слово, — сказала Джиннифер. — Я не буду вмешиваться в вещи, которые я не понимаю. И как вы думаете, могу ли я пойти с вами и Энцо в Порт Трент? Мне нужно там кое-что сделать.
— Мы можем огородить вон тот участок и потом построить сарай…
— И где, блин, мы найдем для этого дрова, Дэкс? — спросила Тэллоу, в шестой раз перебивая мужчину. Поворачиваясь по кругу, она взмахнула руками на открытое пространство тундры. — Погодика, сначала ты собираешься вырастить лес, затем срубить деревья, затем построить сарай и потом приручить стадо овцебыков.
Дэкс посмотрел на Зейна с отчаянием и мольбой в больших глазах. Как и большинство волков, он не представлял, как сладить с Тэллоу. В половине случаев Зейн сам не знал.
— Позволь мне закончить, Тэллоу, — сказал Зейн, похлопывая ее по макушке. Она скорчила гримасу, но притихла.
Казалось, он почти каждый день проводил между двумя или даже больше волками, являясь посредником в том или ином обсуждении. Он бы не возражал так сильно, если бы у него оставалось время на то, что ему нравилось делать. В частности, на охоту. Но слишком часто на утреннюю охоту уходили без него, в то время как он оставался слушать предложения и склоки.
Солнце все еще было на востоке, но уже приближалось к зениту, когда Зейн встал на таящую снежную дюну. Он смотрел на долину, заполненную темными камнями, где уже появился мох.
— На юге есть леса, — сказал Дэкс, глядя на Зейна. — Я знаю, что придется приложить усилия, но мы можем привезти дрова, и в долгосрочной перспективе — это того стоит. У нас будет молоко и сыр.
Возможно, мы даже сможем использовать навоз в качестве удобрения для посевов. У меня есть несколько идей, как их выращивать внутри сарая.
Зейн подождал, пока Дэкс закончит, а затем одобрительно на него взглянул.
— Это очень хорошая идея, но есть несколько моментов, которые ты не учел. И наименьшая проблема из всех — я не верю, что овцебыки когда-нибудь будут спокойно себя вести, если мы рядом.
Они могут учуять, кем мы являемся, и поэтому их трудно будет приручить. Другой момент — если мы начнем строить на этой территории, мы можем привлечь к себе нежелательное внимание.
Идея Дэкса одомашнить овцебыков предлагалась Зейну не один раз. Обычно оборотнями, которые провели приличную часть жизни среди людей и стремились привнести человеческую изобретательность в стаю. Он уже привык отклонять это предложение, хотя удовольствия от этого не получал.
— Мы с таким же успехом можем начать строить дома, — сказала Тэллоу, не в состоянии удержать язык за зубами. — И пока мы строимся, можно установить знак «Город Оборотней», который будет светиться большими неоновыми мигающими буквами. А под ним будет написано…
Зейну нужно было сделать ей выговор, но ветер переменился, и слабый запах захватил его внимание, его рот начал наполняться слюной. Он оставил пару спорщиков, и нос направил его ноги по следу, оставленному запахом.
На противоположной стороне дюны, вдалеке он увидел три фигуры, направлявшиеся в сторону залива. Еще раз понюхав воздух, он нахмурился и прежде, чем мог передумать, последовал за ними.
Даже в его волчьей форме бежать пришлось долго, но он сумел их догнать, когда они добрались до причала. Боаз был в одной из лодок и, держась за живот, хохотал так, что из уголков глаз выступили слезы. Кува стоял рядом с лодкой, с беспокойством глядя на Джиннифер, которая стояла с кислым выражением на лице, сжав руки в кулаки.
— Я знал, что ты не сможешь этого сделать, — сказал Боаз. — Ты должна мне пятьдесят баксов.
— Я не говорила, что не собиралась этого делать, — парировала она. — Все, что я спросила, выдержит ли лодка всех нас троих.
Прекращая смеяться, Боаз сказал:
— Ты дрожишь, как лист. Просто подожди здесь, и я сам сделаю снимки…
— Я дрожу, потому что на улице, наверное, минус 10 градусов.
Приблизившись к ним, Зейн снова обернулся в свою человеческую форму, но никто из них, даже.
Кува, не заметил его сразу. Его разозлило, что он мог так близко подобраться к Джиннифер, а мужчинабета этого не заметил.
— Позволь мне тебе помочь, — сказал Кува, положив руки на бедра Джиннифер. Он попытался ее поднять, но она вскрикнула и вывернулась из его захвата. Боаз разразился очередным приступом смеха.
— Пятьдесят баксов, — подразнил он. — И не Канадскими фантиками.
— Какого черта ты делаешь? — спросил Зейн, неслышно приближаясь к концу причала.
Кува, вздрогнув, поднял голову, а лицо Боаза побледнело. Джиннифер выглядела удивленной. И хотя Зейн мог показаться сердитым, похоже, ее это не беспокоило. Как должно было.
— Мы работаем, — объяснила она, кивая в сторону лодки. — Кува предложил показать нам, как он ловит рыбу.
Зейн скрестил руки на груди.
— Вы можете снимать это с берега.
Ее лицо напряглось.
— Я заберусь в чертову лодку. Почему все думают, что я не могу зайти на борт?
