Вот и пришелся к месту опыт боевых операций. Как и на заданиях, я с осторожностью следовал от одной локации до другой, избегая камер и охранников несущих пост у входа в шатер Пчёлки. В остальном путь до стоянки оказался свободен. Никто из парней не собирался высовываться в такое пекло на улицу. Добравшись до стоянки, осторожно открыл багажник большого старого открытого джипа, помогая Мае забраться внутрь.
— Мне нужно вернуться за Машей, — быстро поцеловал ее, прежде чем закрыть багажник.
— Будь осторожен, — взволнованно посмотрела на меня.
— Скоро вернусь, — подмигнул, закрывая дверь багажника.
Оставлять ее в запертой машине на такой жаре, оказалось гораздо тревожнее, чем кража ключей у охраны или же побег из шатра. Мне не нравилось, что Мае приходилось оставаться одной, но и бежать за ней через весь лагерь с Машей тоже не самый удачный вариант. Поэтому в моих же интересах как можно скорее забрать вторую девушку и навсегда покинуть этот гребаный ад.
Путь до Машиного шатра выдался непростительно длинным. Пересекать лагерь, делая вид будто ничего не происходит и у меня на счету не каждая секунда, на деле оказалось чертовски сложно. Из меня хреновый актер и притворяться спокойным или же скучающим получается так же, как прятать запах в туалете за ширмой из освежителя воздуха. Вроде и не так противно вдыхать этот воздух, но тем не менее истинную вонь никуда не спрятать. Мне казалось, что любой встретившийся мне человек видел меня насквозь и тот час же поднимет тревогу. А Мая там, одна в багажнике, на сорокоградусной жаре. И тогда я проклинал себя за идиотизм. Почему я решил, что у нас все получится? Почему решил, что могу подвергать её жизнь опасности? Ответ был очевиден. Оставаться здесь — еще больший риск. И лучше воспользоваться тем крохотным шансом на спасение, чем ждать как овца на закланье своей казни.
Тент для женского обслуживающего персонала находился недалеко от кухни и вдали от основного лагеря с воинами Аллаха. Девушек в оазисе было немного и араб понимал, что опасно оставлять их рядом с парнями без присмотра, поэтому приставил к их палатке охранника, который в отсутсвие главнокомандующего пропадал на кухне за игрой в калах. Не было его на своем дежурном месте и в этот раз.
Отодвинув в сторону полу шатра заглянул внутрь, увидев Марию на раскладушке в дальнем углу тента. Еще две девушки накидывали на себя хиджаб, готовясь идти выполнять свою работу. Они испуганно соскочили на ноги. Я поднял указательный палец к губам показывая взглядом на Машу и проговорив:
— Она моя невеста.
Не знаю смогло ли это их успокоить, но кричать они не стали, но и палатку не покинули.
Я приблизился к Машиной раскладушке. Она лежала на боку, не шевелясь.
— Маша, вставай, — позвал её.
Девушка как-то резко дернулась, приподнимаясь на локте и подозрительно взглянув на меня.
— Что такое? — нахмурилась, пристально смотря на меня. — Кто ты?
На ее лице отражалось искреннее недоумение, словно она впервые видела меня.
— Я Махди, помнишь меня? Мы разговаривали с тобой как-то в подвале, в другом лагере. И виделись вчера за ужином.
Она сильнее сдвинула брови. Её взгляд блуждал, с трудом сосредотачиваясь на мне.
— Вчера? — озадаченно проговорила она. — Я не…, - начала она и тут же прервалась. — Да, кажется вчера видела.
В её голосе слышалось столько неуверенности, что становилось абсолютно ясно, она не понимала о чем я говорю. Сделав шаг ближе, увидел как она попыталась дернуться, но пошатнулась и осталась в том же положении. Горло сдавило тисками, глядя на ее потерянный вид, на вялый взгляд и абсолютную дезориентацию. Девушка явно находилась под действием каких-то веществ.
— Маша, пойдем домой, — подошел ближе, опускаясь на колени перед ней. — Тебя ждут родители.
Когда заговорил про дом, в горле пересохло. Всех нас ждали семьи. А ей нужно оказаться в родительских объятиях как можно скорее, ведь никто не сможет ей помочь кроме близких и их заботы.
Она помотала головой, усаживаясь на раскладушке.
— Нет, дома больше нет, — заявила так, будто это единственное в чем она была уверена.
— Есть. Там мама и папа, они ищут тебя и очень ждут твоего возвращения. Пойдем, — протянул ей руку.
Но она даже не посмотрела на мою ладонь, продолжая сидеть в том же положении.
— Я не знаю тебя и не пойду с тобой, — испугано пробормотала она, отодвигаясь дальше.
— Знаешь, просто пока не можешь этого вспомнить, — пытался уговорить её.
Сложившаяся ситуации застала меня врасплох. Я понимал, что драгоценные минуты ускользают, а уговоры займут гораздо больше запланированного времени. Да и Маша в целом выглядела совсем заплутавшей и потерявший связь с реальностью. Хотя физически она выглядела гораздо лучше, чем после нашей первой встречи, но ее психическое состояние значительно ухудшилось.
— Уходи, — проговорила она.
— Я не могу без тебя, — почувствовал как она выстроила между нами стену, прячась от меня.
— Уходи, я тебя не знаю, — замотала она головой.
