Сознание вновь погружается в беспокойную дрёму. Чувствую спиной мягкость кровати и тёплое покрывало, голова бережно опускается на шёлковую подушку, поддерживаемую сильной мужской рукой.
- Отдыхай, Клиона Фэллон, - шепчет лорд, едва касаясь губами уха, и рой предательских мурашек пробегает вниз, от шеи к пояснице.
- Лорд Шерр, - шепчу ему в ответ. - Вы не можете уйти без объяснений.
Распахиваю глаза, стряхивая секундное наваждение. Кэйран тут же подаётся назад, увеличивая расстояние между нашими телами. Напустив на себя угрюмый вид, ворчит, мол, сначала поспи, завтра поговорим.
Но я упрямо мотаю головой и, подтянувшись на локтях, облокачиваюсь спиной на подушки, принимая сидячее положение.
- Лорд Шерр, сдержите обещание. После случившегося сегодня вы не имеете права на тайны.
- Дерзишь? - усмехается лорд, присаживаясь на край кровати у моих ног.
- Настаиваю, - отвечаю, смело выдержав его пристальный взгляд.
Кэйран делает паузу: то ли собирается с мыслями, то ли тщательно подбирает слова. Но когда он начинает говорить, у меня волосы встают дыбом!
- Леди Фэллон была очень сильным магом, но после твоего рождения она лишилась своего дара.
- Откуда вы знаете?- Растерянно моргаю, не в силах поверить его словам. - Отец никогда не рассказывал мне…
- Спроси у него, я не знаю причины. Я был совсем юнцом, когда твоей матери не стало. Возможно, магия трансформировалась в утробе, и ты не унаследовала её силу, но получила взамен кое-что другое.
Лорд красноречиво замолчал и едва заметно улыбнулся на моё нетерпеливое:
- Прошу вас, продолжайте!
- Эта магия бесполезна для тебя, но она бесценна для того, кто ею завладеет. При потере невинности ты наградишь своего партнёра невероятной силой. Увеличишь его магический резерв в сотни раз, если не в тысячи. Отдашься простому человеку - потеряешь дар безвозвратно. Разделишь ложе с магом - и он станет сильнейшим. Лишь единицы могут соперничать с таким потенциалом. А если твоим первым мужчиной станет дракон - силу получит не только он, но и первенец. Наш первенец, Клиона Фэллон.
- Что?
Кэйран молчит. Даёт мне возможность переварить услышанное.
Это дурная шутка. Что за бред? Сказки для наивных!
Какой магический резерв? Я его не ощущаю!
Подождите-подождите, что он сказал? Наш первенец?
Наш?
- Вы, должно быть, шутите, - едва сдерживаю рвущийся наружу хохот.
Его слова кажутся мне вздором, нелепицей!
- Я похож на шутника? - вскидывает бровь лорд Шерр, небрежно опираясь рукой на покрывало.
- Откуда вам известно про дар? Как можете знать вы, но при этом не знаю я?
- Зачем тебе такие тонкости? - уходит от ответа дракон. - Тебе достаточно знать одно: твой отец задолжал не мне, а пожилому лорду, что хотел вернуть себе молодость, получив от тебя силы в вашу первую брачную ночь. Киан? Поначалу он даже не рассматривался в качестве жениха. Твоя мачеха выбрала его и уговорила Артура, узнав, что долг был перекуплен мной. Лорд Фэллон существенно облегчил мне задачу, предложив тебя в качестве оплаты. Оставалось только подыграть.
- Вы - монстр, - цежу сквозь зубы, сжимая пальцами покрывало так, что оно вот-вот порвётся. - Я для вас что, игрушка?
- Нет, - преспокойно отвечает дракон. - Ты - магическая батарея, что усилит не только меня, но и моего сына. А я не монстр, Клиона, я дам тебе свою защиту и фамилию. После рождения наследника ты покинешь этот замок. Можешь остаться жить в Затерии, а можешь отправиться в соседнюю Дрогомею. Получишь шикарный особняк в любой точке нашего мира и пожизненное содержание. Статус моей супруги обезопасит тебя и откроет перед тобой все двери в обоих королевствах. Но о большем не проси.
- Милорд, я прошу лишь об одном, - отвечаю едва слышно, сглатывая обжигающие слёзы. - Уйдите прочь с моих глаз. Я вас ненавижу.
Лорд Шерр молча поднимается с постели и, сухо пожелав доброй ночи, покидает мою комнату. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой маленькой и жалкой! Не испытывала столь горькую обиду, что мешает нормально дышать и подступает комком к горлу.
“Разве я вещь? - мысли разрывают измученный разум. - Разве это моя вина в том, что я родилась с нестандартным даром? С раннего детства я уже осознала, что моя жизнь не имеет большой ценности. Для мачехи я всегда была пустым местом. Отец использовал меня для оплаты денежного долга, а для Кэйрана я лишь сосуд, способный выносить ребёнка.
Я так не хочу! Не хочу! Не согласна!
Злость заставляет меня подняться с кровати, и я спешу в ванную комнату. Сбрасываю на пол испачканное платье, залезаю в небольшую каменную чашу и пускаю горячую воду, всё глубже погружаясь в плен тревожных мыслей.
“Надо что-то делать, - думаю я, яростно натирая распаренную кожу жёсткой мочалкой, политой душистым розовым мылом. Пузырьки пены взлетают над головой, чтобы лопнуть, как все мои надежды и ожидания. Кожа стремительно краснеет от резких движений, а кое-где даже выступают крохотные капельки крови.