Так он и предстал перед юной женой. Усталый, с внезапно включившимся воображением, живо рисовавшим, что произошло с ней в его отсутствие. Фелиция всего лишь отдыхала в банях. От злости на себя, от возмущения, что она посмела снять этот клятый пояс, он чуть не шарахнул митрой по бассейну. Но увидев ее расширившиеся при его появлении глаза, грохнул об пол меч.
— Продолжишь бегать от меня или примешь свою судьбу?
Мда, так он точно ее не напугает. Прекрасный способ получить ее доверие. Однако эмоции искали выход. Он швырнул нагрудник вслед за мечом. И лишь после этого сумел выровнять дыхание.
После этой стыдной процедуры я бы не отказалась не видеть герцога этак… больше никогда. Но кто бы мне дал такую возможность. Он магией высушил влагу на наших телах, проигнорировал полотенца. И буквально через минуту уложил меня в спальне, после чего тихонько прикрыл за собой дверь.
Дело явно клонилось к ночи, знакомые тучки светились полупризрачным фиолетовым — и я гадала, вернется ли он вскоре сюда или нет.
Уже привыкла к этой комнате. Несмотря на то, что это самое мрачное помещение в доме. Зато здесь удобная кровать и торшер с правильным светом. Впрочем, глядя на роскошное ложе, мои мысли теперь принимали совсем иной оборот. Какой же он ужасный нечеловек…
Если будет настаивать на своем обществе, то я здесь не останусь! Книжки несложно перенести в другую спальню. В последние дни я привыкла засыпать под сказки, написанные людьми из разных миров. Самуэль принес мне несколько томиков — о волшебницах с крылышками, могучих магах, непобедимых драконах — и я на час или два позволяла себе эту слабость. Отключалась от всех забот.
Кстати, редкие труды, объясняющие магические свойства камней, он тоже для меня нашел. Они, несомненно, пригодятся мне на Мидиусе, если я когда-нибудь туда вернусь… Не крысюк, а золото. Соорудить мне уютное гнездышко в любой спальне на этой вилле для него труда не составит.
Книжка о приключения принцессы Лебедь, влюбившейся в гнома, на этот раз валилась из рук. И сдался ей этот гном? Благородной, одаренной эльфийке. Вот если бы судьба столкнула ее с хладнокровным небожителем, в одном мизинце которого красоты больше, чем во всем ее гноме вместе с бородой!
Я боялась и ждала прихода Азазеля. Герцог явился, когда потушила свет.
В своем ослепительном халате и с непоколебимой уверенностью, что он в своем праве — ну, прямо обладатель гарема нисходит до предпоследней жены. С нашей первой встречи он вызывал во мне одни и те же смешанные эмоции: желание застыть и любоваться, а также желание стереть эту высокомерную мину с его лица. Лучше чем-нибудь тяжелым.
— Я же сказал тебе надеть вон ту прозрачную безделушку.
Он махнул на стул у трюмо, где повисло облако кружевной вуали. Я, видимо, умудрилась задремать, когда он меня нес, потому что и в самом деле это пропустила. А вот о чем думал он, раз не заметил, что я сплю… Я нервно ухватилась за ворот того первого дивного одеяния, которое досталось мне в этом доме.
— Тебе не кажется, дражайший супруг, что все разговоры у нас одинаковые? Сними это, надень то. Или просто сними все. Как будто других тем нет вообще.
— Последний вариант мне нравится больше. Я бы предпочел у себя в постели голую женщину, а не ярды и ярды ткани. Раздевайся.
Сонливость сняло как рукой. Да что он о себе возомнил!
— Если тебе нужна игрушка, — ну, может, всегда мечтал поиграть в куклы — иди к своим моннам, они изобразят, что хочешь. Я твоя жена, а не рабыня. Предпочитаю вот это платье — от Миаса, если не ошибаюсь. Ты сам сказал, что оно сойдет за ночной наряд.
Азазель чуть склонил голову на бок, разглядывая меня со своим обычным прохладным изумлением. У меня от этого взгляда голова кружилась. Потому что дальше он, как правило, приступал к опытам. Наверняка, наши касания и поцелуи про себя определял именно так.
— Ты права. Статус жены у пресветлых не несет за собой подвластного положения. Однако в нашем обществе принято, что руководит, — что в паре, что в группе — тот, кто сильнее. Мы стараемся вступать в брак с партнерами с примерно равным социальным статусом и с похожей силой дара. Если смотреть на нашу пару с этой точки зрения, то будто песчинка спорит с горой.
Я вспыхнула еше больше. Судя по косвенным признаками (искрам в очах и даже намеку на улыбку) наша перепалка герцога забавляла. И, вот ведь неожиданность, запнулась об эту ночнушку и ни на шаг не придвинулась к тому, чтобы обсудить с ним раздельные комнаты.
— А в нашем обществе, кто другого построил, тот и главный! — выпалила я. — Ни с какой горой соревноваться не пойду. Равенство должно начинаться с головы. Это залог здоровых отношений.
— Хммм, — промычал этот невыносимый тип. — Мне нравится твой вариант. Я покажу, где надо меня достать, чтобы получилось равенство. Если смотреть на горизонтальную поверхность, разумеется.